Однако хватило одного мысленного посыла, чтобы струя едкого света воспламенила изувеченную плоть, и к моим ногам подкатился всего-навсего обгоревший череп, который я без раздумий и не спеша раздавил.
‒ Это был седьмой долг. Отныне… мы в расчете!
Веки невольно прикрылись, изо рта вырвался облегченный и долгий выдох, а когда я их разлепил, то сила света оказалась полностью рассеяна. Кроме полной и тотальной разрухи, четырёх тел и нескольких луж крови, ничего не говорило о том, что здесь случилась битва. Взор невольно устремился к Ульяне, однако к моему разочарованию тупоголовая бестия уже испустила дух, а затем, проделав недолгий путь до туши патриарха, я просто присел на выпирающий обломок пола рядом и опустил взор на дрянные и глубокие отметины от его атак на собственном теле.
‒ Старею, что ли? ‒ выдохнул протяжно князь, разглядывая досадные ранения.
Тем не менее, в следующий миг, голова его дёрнулась резко вправо, а взгляд опустился на наручные часы.
В одном месте изолирующий барьер вздрогнул и быстро пропустил взволнованного Ишеева. Правда, сделав пару шагов вперед, тот резко замер и оглядев тотальную разруху, быстро перевел взгляд с одного светозарного на другого, а под конец сконцентрировал свой взгляд на Лазареве и куче плоти, что валялось у ног Палача Империи. Заметив отличительные покореженные регалии на куче мяса опасливо сглотнув и приветственно поклонился советнику.
‒ Как видишь, я справился быстрее. Минут за десять. Так что проблем не возникнет. Догадываюсь, что ты сомневался, но плевать уже как-то… ‒ расслабленно декларировал красноглазый, не сводя равнодушных глаз с шокированного светозарного. ‒ Тела хунхузов нашли в указанном месте?
‒ На… шли. Нашли! ‒ прочистив горло и взяв себя в руки, отчитался Ишеев ровным голосом, но взглядом с юношей встретиться так и не решился, лишь то и дело косился на плоть неподалёку. ‒ Через пару минут их доставят. Но разруха ‒ это не по плану. Мы так не догов…
‒ За это не переживай. Поправлю, ‒ отмахнулся парень, медленно выпрямляясь во весь рост и равнодушно глядя на апостола, зашагал в его сторону. ‒ Лучше слушай меня внимательно. Узнаю о том, что хоть тень сомнения упадёт на моё имя ‒ уничтожу. Начнете мутить воду, что-то вымогать, требовать или угрожать ‒ уничтожу. Расскажешь о том, что видел ‒ тоже уничтожу. Но умрешь ты не один, а вместе со своей шайкой, ‒ при каждом упоминании о гибели, церковник неуловимо бледнел, но продолжал согласно кивать.
