Именно поэтому я дала тебе новую возможность, но даже там ты стараешься жить для других. Главное не подведи самого себя и утихомирь яростную бурю в своей душе. Ты ведь так и не смог простить себя за случившееся. Я тебе этого никогда не говорила, а должна была. Прости меня. Прости за то всё, что произошло. Это я пови…
— Нет! — резко осёк я Бездну, невольно сглатывая горький ком в горле. — Вы не виноваты. И я никогда вас не винил. Раса реанон стала глупой, надменной и самонадеянной. Мы возомнили себе невесть кем. Это расплата. За всё нужно платить. Всегда. Вы сделали то, что должны были. А я должен был сделать то, что от меня требовалось. И по итогу я… я не справился…
— Мой глупый реанорец, — с грустной улыбкой прошептала покровительница, видя моё замешательство и внутреннюю борьбу с терзания, а затем вновь с нежностью провела рукой по моей щеке. — Иди, Зеантар. Тебе нужно отдохнуть и придти в себя. Времени теперь достаточно. Загляни в город и развейся. А мне нужно о многом подумать.
— Так и сделаю, — кивнул я ей.
— Пойдем, мой реанорский друг, прогуляемся немного, — хлопнул меня по плечу картар, который до этих самых пор вместе со своими женами делали вид, что их здесь нет. — Предлагаю зайти в торговый квартал. Боюсь, если супруги и дети узнают, что я побывал сразу в двух мирах и вернулся обратно с пустыми руками, то беды не оберусь после этого. Не правда ли, девчонки?..
Вынужден признаться, что после разговора с Бездной вся реанорская часть меня пребывала в некой прострации и шоке. Честно сказать никогда подобного не ожидал. Основательница всё это время винила себя и даже просила у меня прощения. Это… немыслимо! А я же… я…
Хватит! Прекрати думать об этом, Зеантар! Это дела минувших дней. Минувших. Все получили по заслугам. А то, что ты делаешь сейчас так это собираешь плату. Плату за всё содеянное. Да и это выше меня. Противится данному чувству невозможно…
Крики, шум, гам разносились по всему торговому кварталу практически постоянно, однако, когда местные торговцы видели нашу компанию, а точнее одного реанорца среди этой компании, то большинство разумных прямо на глазах отшатывались прочь от меня, как от прокаженного. Сами же торгаши бледнели на глазах, стоило женам картара или ему самому подойти к одному или другому прилавку. Про магазины, лавки и шатры говорить было нечего.
— Линчеватель вернулся…
Шепот, пересуды, обсуждения и сочащийся отовсюду страх был практически одинаковым.