Ведь порой даже не чувствую, как он использует свою силу.
— Я реанорец. Последний выживший выходец из своей расы, — честно признался я, подавшись в размышления. — Как и ваш батюшка, я тоже обладаю особенными возможностями. Однако ныне ваш отец сильнее меня. Гораздо сильнее. Хотя его со мной нельзя сравнивать напрямую — это получится слегка примитивно. Скажем так, у нас с ним различные направления деятельности. Если сказать кратко и необычайно грубо: специальность вашего отца — бессмертные. Моя же — смертные. Вы ведь сами сказали, что он не лезет в дела смертных. Особенно в других мирах. Никогда не задумывались почему именно так?
— Потому что… я не могу, — раздался довольный голос самого мироходца через паузу, который прогулочной походкой неторопливо направлялся в нашу сторону в обществе трёх женщин. — Точнее не имею права. С некоторых пор у меня имеются свои ограничения. Я знал, что ты догадаешься.
Как я и предполагал. К тому же вижу, что картар знаток красивых женщин. Большой знаток. Одна краше другой.
— Мама Иви, мама Лина! — радостно заголосила троица, рванув навстречу улыбчивым незнакомкам.
— Давно не виделись, мои хорошие, — с любовью произнесла блондинка, обнимая каждого по отдельности.
— Обычные подозрения, не более, — отмахнулся слабо я, невольно распространяя поле и взирая за происходящей встречей. — Моё почте…
Правда, в следующий миг рот резко захлопнулся от дерьмового осознания и всё расслабление как рукой сняло, взгляд рефлекторно ужесточился, а эфир медленно и самопроизвольно заструился по венам и всему рунному телу. Потому как от незнакомок веяло огромной силой. Даже не веяло, а попросту разило необычайной мощью… Астрала. Вот только обе прямо сейчас целиком и полностью состояли из плоти и крови. Неужели они… Что ж, это многое объясняет. И их необычайную красоту в том числе.
— Не переживай и не стоит так беспокоиться, мой реанорский друг, — успокоил меня мироходец, глядя на мои телодвижения. — Здесь тебя не тронут. Они истинные божества. Странники Астрала им нечета. Ну и по совместительству эти красавицы мои жены. Богиня смерти — Ивара, — указал Пал левой рукой на необычайной красоты брюнетку в черно-зеленом платье, что взирала на меня с подозрением и холодом, но при этом, успевая довольно щуриться своим отпрыскам. — А это богиня жизни — Лислина, — усмехнулся Драгун, глядя на изящную блондинку в светлых одеяниях, при каждом шаге которой то и дело тихо позвякивали колокольчики на её лодыжках, да и сама та оказалась босонога.
