Я связался с ним, высаживая пассажира, сказал, что мне причитается двадцатка, поэтому он представлял, где я нахожусь.
– Что еще вы ему сказали?
– Да вроде все. Так, немного потрепались.
Босх подождал, не добавит ли таксист что-нибудь еще, но Роллинз молчал, только глаза были по-прежнему прикованы к наручникам.
– Хорошо, Зюзя, как зовут вашего начальника смены, который дежурил в воскресенье вечером?
– Марк Маккуиллен. Он сегодня вечером при Прутке.
– Он диспетчер, но его зовут Прутом, потому что раньше микрофон стоял на столе на такой ножке вроде прутка. Вот и он – Прут. Знаете, мне кто-то говорил, что он бывший коп.
Босх пристально посмотрел на таксиста и при этом пытался облечь в зрительный образ фамилию Маккуиллен. Роллинз был прав: этот человек в самом деле когда-то служил полицейским. К Гарри вернулось ощущение, что все валится в одну кучу. Только теперь все не просто валилось, а низвергалось. Марк Маккуиллен – это имя из прошлого. Из прошлого Босха и управления.
Наконец он прогнал набежавшие мысли и посмотрел на таксиста.
– Что сказал Маккуиллен, когда вы сообщили ему, что видели Ирвинга?
– Ничего. Вроде бы спрашивал, поселился он в отеле или нет.
– И что вы ему ответили?
– Ответил, что, по-моему, поселился. Ведь он отдал машину в гараж. А в «Шато» гараж небольшой. Туда разрешают ставить только машины гостей. Если человек приехал в бар или еще зачем-то, ему придется обратиться к работнику внешней стоянки.
Босх кивнул. Роллинз прав.
– Ладно, отвезем вас обратно, Хучино. Только учтите: если кому-нибудь проговоритесь, о чем мы тут балакали, я об этом непременно узнаю. И обещаю – вам не поздоровится.
Таксист, словно сдаваясь, поднял руки.
– Разве я не понимаю?
Высадив Роллинза, они отправились обратно в центр, в главное здание полицейского управления.
– Значит, Маккуиллен, – протянул Чу. Босх давно этого ожидал. – Кто он такой? Я же вижу, фамилия что-то тебе говорит.
– Как сказал Зюзя, бывший коп.
– Ты знаешь его? Вернее, знал?
– Знал о нем. Но не был с ним знаком.
– И что это за история?
– Этого копа принесли в жертву богам умиротворения. Он потерял работу, потому что поступал так, как его учили.
– Хватит ходить вокруг да около. Выкладывай, в чем дело.
– Дело в том, что мне необходимо подняться на десятый этаж и кое с кем поговорить.
– И это опять тот случай, когда ты будешь держать напарника в неведении до тех пор, пока, по-твоему, не придет время что-то ему сказать?
Босх не ответил, обдумывая ситуацию.