Можно было бы подумать, что его посещение привиделось Маше и Дмитрию Алексеевичу, если бы не разбросанное по кровати содержимое Машиной сумочки.
Дверь комнаты, негромко скрипнув, открылась, и в дверном проеме появилась безмолвная женщина в черном, одна из тех, кто распоряжался хозяйством и жизнью папского дома.
— Что случилось? — осведомилась она наконец на хорошем английском языке. — Кажется, кто-то кричал?
— В моей комнате был человек, — проговорила Маша, взяв себя в руки. — Он убежал через окно.
— Это невозможно, — строго ответила сестра. — В нашем доме такого никогда не бывало.
— Однако он был… — попыталась настаивать Маша.
Старыгин взял ее за руку и сделал знак глазами.
— Возможно, мне показалось… — сникла Маша.
— Вероятно, — кивнула черная сестра. — В вашей комнате мужчина. Это тоже не в правилах нашего дома.
Она развернулась и покинула комнату, бесшумно, как привидение.
— Не стоит привлекать к себе излишнее внимание, — проговорил Старыгин.
— Мне кажется, мы уже привлекли к себе внимание, — Маша кивнула на свою распотрошенную сумочку. — Причем именно излишнее…
— У вас что-нибудь пропало? — озабоченно спросил Дмитрий Алексеевич.
— Если вы имеете в виду пентагон… ну, ту штуку, которую подарил мне дед, то я не оставляла ее в номере, она у меня под одеждой. А в остальном… — девушка перебрала свои немногочисленные вещи и пожала плечами. — Деньги все целы, моя косметика его вряд ли интересовала… паспорт тоже на месте, только он явно его листал. Может быть, это был представитель пограничной службы? — Маша усмехнулась. — Он проверял, есть ли у меня шенгенская виза? Ой! — Она вспомнила, что в сумочке находился дневник деда — небольшая потрепанная тетрадка.
— Что? — нахмурился Старыгин. — Что еще пропало?
— Н-ничего… — Маша с запозданием сообразила, что перед уходом на ужин запихнула тетрадку в укромное место. Душ в ее номере был оборудован нарочито просто, стены облицованы не кафелем, а обычными пластиковыми плитками. Одна из таких плиток отстала, и Маша запихнула туда тетрадку.
— Мне плохо! — она метнулась в ванную. К счастью, тетрадка была там, никуда не делась. Радуясь, что она такая умная и предусмотрительная, Маша решила с ней больше не расставаться и запихнула под ремень джинсов. Выйдя в комнату, она улыбнулась своему спутнику как можно беззаботнее.
— Зря вы так легкомысленно относитесь к этому происшествию, — Старыгин поморщился, как от зубной боли.
