Матёрый опер из 90-х волшебно переносится в современность, оказавшись в теле молодого лейтенанта полиции. Коллеги не воспринимают его всерьёз, но он знает старую уличную школу работы. Теперь ему предстоит адаптироваться к новому времени и доказать, что жёсткие методы и опыт улицы актуальны...
Раздел Chitat.online для книги «Последний Герой. Том 1» помогает быстро понять, что это за произведение: автор, жанровая привязка, описание и полный текст собраны на одной странице.
Матёрый опер из 90-х волшебно переносится в современность, оказавшись в теле молодого лейтенанта полиции. Коллеги не воспринимают его всерьёз, но он знает старую уличную школу работы. Теперь ему предстоит адаптироваться к новому времени и доказать, что жёсткие методы и опыт улицы актуальны...
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
Матёрый опер из 90-х волшебно переносится в современность, оказавшись в теле молодого лейтенанта полиции. Коллеги не воспринимают его всерьёз, но он знает старую уличную школу работы. Теперь ему предстоит адаптироваться к новому времени и доказать, что жёсткие методы и опыт улицы актуальны...
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Похоже, «Последний Герой. Том 1» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
Бородка барбершоповская, костюмчик моднявый — без единой складки, на запястье котлы золотом сверкают, не по зарплате явно. Сразу видно — парниша эффект любит и в бабках не ущемлен совсем.
— Слышь, там это… пункт плана надо снять, по линии потеряшек, — проговорил он небрежно, суя мне какие-то бумаги. — Кобра отправила.
А в памяти всплыло: Николай Шульгин. Старший оперуполномоченный. Мажорчик с гонором. Скользкий тип. Вот какие сейчас старшие опера, что петушки ряженые.
— Тебя стучаться и здороваться не учили? — упёрся я в него взглядом.
Глава 7
— О, я смотрю, ты у нас и вякать умеешь? — хмыкнул мажорчик, прищурившись.
— Во-первых, не «вякать», а «говорить», — отозвался я холодно. — А во-вторых, ещё и тебя научу, если нужно будет.
— Ярик, ты, гляжу, после удара головой борзый стал… это же я, — опер шагнул ближе, положил бумаги на стол. — На вот. Набей докладную на списание пункта 5.12 плана за второй квартал. И подпиши там всё, как обычно. За меня, если чё. Кобра с меня трясет, там уже просрочили.
— А мне за это что будет? — подыграл я, не отрывая взгляда.
— Вот именно что — ничего. Спокойно работай дальше. Бумажки свои перебирай. Ха…
— Жаль, — вздохнул я. — Не люблю спокойно. Предпочитаю — с огоньком. Так сказать, с перчинкой.
— Чего? — парень подвис, не понял сарказма, а потом принялся с удвоенной силой раздавать указания: — Слышь! Ты это… меньше болтай, ладно? Мне быстро надо. Короче, с обеда зайду, копию докладной заберу — Кобре отрапортовать, что пункт снят. Всё. Не затягивай.
— Погоди, Коля… — я прищурился. — Напомни-ка мне. Я за тебя раньше бумажки печатал? Да?
— Почему «печатал»? — усмехнулся самодовольно Шульгин. — Не «печатал», а печатаешь. До сих пор.
— Нет, — цокнул языком. — «Печатал». Прошедшее время. С обеда можешь не приходить. Сам строчи свои бумажки. Кончилась лафа.
Я взял лист, который принес Коля. Аккуратно и медленно подцепил его пальцами, поднял и… разорвал на мелкие клочки, а после смахнул в мусорную корзину. Снова медленно. Чтобы видел.
— Э! Охренел⁈ — выдохнул Шульгин, шагнул ближе.
Рука его пошла вверх — то ли леща хотел прописать, то ли просто показать, кто тут «старший».
Только я уже встал со стула. Мажорчик, конечно, был крупнее. Плечистый, холёный — природа физикой не обидела. А вот с мозгами — экономия, видать, вышла. Уверенный в себе бычок. Видно, привык, что всё сходит с рук. Но внешность моя обманчива. Совсем как у Марго с Заречной — та, что в девяностые бордель держала, — девочка-припевочка с виду, а такие дела мутила.
Вот и я: на вид — штабной, а внутри — тот же Лютый. Просто с обёрткой не совпадает пока.
Биться, конечно, я всерьёз не собирался. Всё-таки полиция, не подворотня. Нарушение служебной дисциплины мне сейчас вообще ни к селу. А вот проучить Коленьку — это надо.
