Матёрый опер из 90-х волшебно переносится в современность, оказавшись в теле молодого лейтенанта полиции. Коллеги не воспринимают его всерьёз, но он знает старую уличную школу работы. Теперь ему предстоит адаптироваться к новому времени и доказать, что жёсткие методы и опыт улицы актуальны...
Раздел Chitat.online для книги «Последний Герой. Том 1» помогает быстро понять, что это за произведение: автор, жанровая привязка, описание и полный текст собраны на одной странице.
Матёрый опер из 90-х волшебно переносится в современность, оказавшись в теле молодого лейтенанта полиции. Коллеги не воспринимают его всерьёз, но он знает старую уличную школу работы. Теперь ему предстоит адаптироваться к новому времени и доказать, что жёсткие методы и опыт улицы актуальны...
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
Матёрый опер из 90-х волшебно переносится в современность, оказавшись в теле молодого лейтенанта полиции. Коллеги не воспринимают его всерьёз, но он знает старую уличную школу работы. Теперь ему предстоит адаптироваться к новому времени и доказать, что жёсткие методы и опыт улицы актуальны...
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Похоже, «Последний Герой. Том 1» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
Ух… Прям в груди щекотно, но приятно. Как будто не в отдел пришел, а на прыжок с парашютом.
* * *Перед суточным дежурством, как водится, дежурная смена выстроилась в коридоре на развод. В одну шеренгу: следственно-оперативная группа, она же СОГ, дежурный инспектор ПДН, трое бойцов ГНР, она же группа немедленного реагирования (мы в свое время называли её «гонорейка»), дежурная смена ДЧ, дежурный водила и прочие причастные. ПСС и ДПС отсутствовали, они позже заступали.
Времена меняются, а утренние разводы — нет. Всё те же серые стены, сотрудники в ряд у затертого плинтуса, ответственный от руководства и строевая тишина, натянутая, как барабан.
Дежурный, майор Ляцкий, вышел с папкой и начал привычно бубнить сводку за прошедшие сутки:
— … разбитое стекло на первом этаже торгового центра, подозревается неизвестное лицо, приметы… далее — изъято наркотическое вещество на Механической весом… драка в малосемейке… Так, кража телефона из детской поликлиники…. грабеж возле бара «Звездный», заявитель не опознал никого… Далее — обнаружен труп без признаков насильственной смерти, личность не установлена, материалы переданы…
Фомич, наконец, закончил. Я стоял не в строю, а рядом, пытался слушать, но от его бубнежа уже начинал клевать носом.
Мы его ещё в девяностые, помню, Гипнотизёром звали. Если сводка больше двух страниц — всё, туши свет. Даже если про поножовщину и глухари — он умудрялся подать это так, будто цену на гвозди зачитывает. Спокойным, ровным и безотказно убаюкивающим голосом.
Когда он замолк, строй почти незаметно выдохнул с облегчением. Но ненадолго. Потому что из-за его широкой спины вышла Кобра. Шла, не спеша, с прямой спиной и пытливым, сканирующим взглядом.
Вот она, началась настоящая проверка готовности дежурной смены к несению службы.
— Где форма? Почему китель мятый? — устроила разнос Оксана. — Ботинки грязные, почистить. Пуговицу пришить. Почему без оружия?
— Виноват! — оправдывался участковый. — Не успел получить…
— А голову не забыл получить?
Пальцем не тыкала, не кричала, не срывалась, а спокойно и холодно указывала, но так, что всем становилось не по себе.
М-да… мужика надо Оксанке… Как фурия злая ходит.
Она тем временем подошла к Машке — та стояла почти в конце строя. В форме с погонами юстиции с синим кантом. Лейтенант, как и я.
— А ты, рыба моя, — сказала Оксана, остановившись, — готова заступать?
— Так точно, — хоть это Машка умела говорить, в школе милиции научили.
— Не думаю… Это что у нас на ногах? — взгляд Кобры скользнул к полу.
Машка опустила взгляд, растерянно захлопала ресницами, глянула вниз на свои туфли бессовестно терракотового цвета, лакированные, — явно не к форменной одежде.
— Это… это «Respect», фирма такая, — пролепетала она.
— Обувь сменить.
