Матёрый опер из 90-х волшебно переносится в современность, оказавшись в теле молодого лейтенанта полиции. Коллеги не воспринимают его всерьёз, но он знает старую уличную школу работы. Теперь ему предстоит адаптироваться к новому времени и доказать, что жёсткие методы и опыт улицы актуальны...
Раздел Chitat.online для книги «Последний Герой. Том 1» помогает быстро понять, что это за произведение: автор, жанровая привязка, описание и полный текст собраны на одной странице.
Матёрый опер из 90-х волшебно переносится в современность, оказавшись в теле молодого лейтенанта полиции. Коллеги не воспринимают его всерьёз, но он знает старую уличную школу работы. Теперь ему предстоит адаптироваться к новому времени и доказать, что жёсткие методы и опыт улицы актуальны...
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
Матёрый опер из 90-х волшебно переносится в современность, оказавшись в теле молодого лейтенанта полиции. Коллеги не воспринимают его всерьёз, но он знает старую уличную школу работы. Теперь ему предстоит адаптироваться к новому времени и доказать, что жёсткие методы и опыт улицы актуальны...
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Похоже, «Последний Герой. Том 1» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
— Но Морда по секрету сказал, если зарекомендую себя, то обязательно возьмёт. На твоё место. Прикинь? Вот решил тебя предупредить заранее, чтобы без кидков с моей стороны. По-пацански, короче.
— В смысле — на моё место⁈ — мажор заметно дернулся. — Ты в курсе, что я старший опер?
— В курсе, — кивнул я. — Только у меня, между прочим, образование профильное, юридическая вышка. Правоохранительная деятельность. Ну и мотивация есть. В отличие от некоторых.
— Яровой… ты чё гонишь? — глаза у Коленьки сузились. Он не знал, то ли бояться, то ли злиться. — Я тебе…
— Подожди, ты мне так и не сказал, — перебил я. — Если ты с розыском пролетишь — батя тебя что, в угол поставит или сразу содержание перестанет переводить? Мне правда любопытно…
Шульгин налился краской.
— Сука, Яровой… — прошипел он. — Урою… как только один на один останемся…
— Сказку про курочку Рябу слыхал? — невозмутимо спросил я.
В этот момент из дежурки высунулся Ляцкий прервав нашу светскую беседу.
— Ну чё вы тут стоймя стоите? — глянул на нас. — У нас труп. Я вас ищу-ищу, звоню-звоню, а вы тута языками чешете! Группа уже в машине, вас только ждут. Заскочите еще за кинологом на базу, судмед сам подтянется. Грузитесь быром, пока Кобра не начала строить всех уже матом.
— Какой способ? — с важным видом поинтересовался Шульгин.
— Чего⁈ — не понял Фомич.
— Способ убийства, — уточнил тот с деловым видом, вытянув шею.
— Умный сильно, да? — зыркнул на него Ляцкий. — Думаешь, если бы я знал — не сказал бы? Выезжайте и разбирайтесь на месте. Мне тута телефон оборвали уже — граждане бдительные.
Он скрылся в дежурке, откуда сразу послышался его гундеж переходящий почти на крик, ругал помощника дежурного:
— Толян, япон страпон! Ты какого ляда фуражку на стол положил⁈
— А что? — недоуменно отвечал сержант.
— Эх, молодёжь… Дуболомы Урфина Джюса… — Фомич тяжело вздохнул и постучал по столу костяшками пальцев. — Фуражка на столе — к трупу на дежурстве! Всему вас учить надо… Нагрешил мне убийство! Вот теперь звони Кобре, докладывай — группа выехала, преступление пока тёмное. А всё из-за твоей, мать её, фуражки.
Друзья! У книги 900 лайков. Добьем до тысячи?) На удачу Максу Лютому! СПАСИБО
Глава 9
Погрузились в белую, чистенькую «Газель» с синей полосой и надписью сбоку: Дежурная часть ОМВД России по Заводскому району.
«Газелька» будто только с завода и мойки. Псиной, бомжами и перегаром не воняет. Я даже поморщился. Неправильная дежурная машина, белоручка, а не машина. И сиденья без пятен, без следов от грязных ботинок. Следов крови тоже не видно. Для настоящей опергруппы — слишком стерильно.
Кроме нас с Шульгиным внутри сидели ещё двое. Первый — участковый, лицо уставшее, губы сжаты в нитку, взгляд как у человека, которому надоело это всё ещё в классе девятом.
