В кромешной темноте улицы вы сжигаете тусклые фонари охранного поста, шагая словно неумолкающие звуки ночи. Ибрагим и Лысый молча ведут вас к заброшенным складам — место, где оружие сверкает на хмарь в ужасном блеске. Здесь начинается последний бой с тем, что подавило мир....
Похоже, «Последний Герой. Том 2» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
Вальков задумчиво уставился в одну точку. Потом перевел взгляд на собеседника и проговорил:
— Слушай, Артурчик… Ни хера не бьётся… Ни один «середнячок» так не работает. Он бабки просил, за компромат… Кстати, на связь не вышел?
— Нет… Ждем…
— Просто сидишь на жопе и ждешь? — вспылил Валет, дернул язычок молнии сильнее, вырвал замочек с корнем, отшвырнул его. — Ёб*ная застежка!
Снял куртку и бросил ее на пол. Будто обессилев, плюхнулся обратно на диван.
Савченко наблюдал молча, а потом продолжил.
— Но и это ещё не самое интересное… — протянул он, чуть наклоняясь вперёд в кресле, словно подбрасывая наживку.
— Ну говори уже… Задолбал ты своими шарадами, — раздувал щеки Валет.
— Наш человек из ментовки поковырялся в ведомственном компе и нашёл занятную штуку. Совсем недавно кто-то пробивал одного любопытного человечка по ментовской базе.
— Кого? — Вальков замер.
— Егорова Андрея Владимировича, — протокольно, будто и сам мент, проговорил Савченко. — Шестьдесят пятого года рождения. Помнишь такого?
Валет задумался.
— Егоров… — повторил он, поджав губы. — Вроде, помню. Сутулый такой из нашей пехоты был… С ларьков мзду собирал в девяностые… Мы еще тогда думали, что он сливает нас… И где он?
— Умер, — отозвался Дирижёр. — В девяносто восьмом. В ИК-15. Туберкулез.
— А пробивал его кто по базе? И на хера? Столько лет прошло…
Валет нагнал в голос бравады, но внутри грыз червячок. Не просто так пехотинец из его бывшей группировки всплыл.
— Вот в том-то и дело, — Савченко щелкнул пальцем, будто перед представлением или фокусом.
— Шульгин? — насторожился Валет. — Это сын… этого?
— Его самого, — кивнул Дирижер.
— Да ну нах… Сын Шульгина в ментовке горбатится? Ха!
— У них что-то семейное, я так понял… Но это к делу не относится. Самый главный вопрос — зачем кто-то пробивает твою старую шестерку, которая давно подохла на зоне?
— И что, думаешь, это связано с Яровым?
— Уверен… По времени совпадает.
— Ну так спросил бы Рябого, — ухмыльнулся Валет. — Перед тем, как ему о толчок башку размозжил.
