Матёрый опер из 90-х внезапно попадает в современность в теле молодого лейтенанта. В отделе полиции его никто не воспринимает всерьёз. Но он знает, как работать по старой школе — жёстко и с улицы. Теперь ему предстоит доказать, что его методы эффективнее, чем айфоны и бумажная работа.
Раздел Chitat.online для книги «Последний Герой. Том 4» помогает быстро понять, что это за произведение: автор, жанровая привязка, описание и полный текст собраны на одной странице.
Матёрый опер из 90-х внезапно попадает в современность в теле молодого лейтенанта. В отделе полиции его никто не воспринимает всерьёз. Но он знает, как работать по старой школе — жёстко и с улицы. Теперь ему предстоит доказать, что его методы эффективнее, чем айфоны и бумажная работа.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
Матёрый опер из 90-х внезапно попадает в современность в теле молодого лейтенанта. В отделе полиции его никто не воспринимает всерьёз. Но он знает, как работать по старой школе — жёстко и с улицы. Теперь ему предстоит доказать, что его методы эффективнее, чем айфоны и бумажная работа.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Похоже, «Последний Герой. Том 4» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
Я насмешливо наблюдал за этой сценой, с трудом сдерживая едкую улыбку, затем холодно и спокойно произнёс, смотря прямо ему в глаза:
— Ну что, Володя, как там наши дела с общим другом? Есть новости?
Зуев помрачнел ещё больше. Он нервно сел обратно в кресло, облокотился на столешницу, тяжело вздохнув и пытаясь придать себе хоть немного достоинства, но получалось наигранно и нелепо.
— Есть кое-что, Максим Сергеевич, — пробормотал он сдавленным голосом. — Но там не всё так просто…
— А кто сказал, что должно быть просто? — холодно перебил его я. — Давай-ка, выкладывай. И не тяни кота за хвост, знаешь, я терпеть не могу ждать.
Кадровик прокашлялся и начал говорить очень тихо, с трудом выдавливая из себя слова:
— Он, наконец, вышел на меня… да, сам позвонил, — голос его дрогнул.
— Вот как? — удовлетворённо протянул я, потирая ладони. — Давно пора. Ну и что же он сказал?
— Я… я всё сделал, как договаривались, — продолжал мямлить кадровик, судорожно теребя пуговицу на рукаве форменной рубашки. — Я забрал паспорта, как и планировали….
— Дальше говори, — нетерпеливо поторопил я его, недовольно поморщившись. — Так и будешь мямлить весь день?
— Тут есть небольшая загвоздка, — он опустил глаза, глядя себе под ноги. — Вальков ведь очень хитёр и осторожен, он опасный человек. Если он почувствует, что мы что-то против него замышляем, он убьёт и тебя, и меня…
— Это понятно, ясен пень. Ближе к делу, Володя.
— Он… он отказался встречаться лично со мной, — неуверенно продолжил Зуев. — Сказал, чтобы я привёз паспорта в условленное место.
— Какое ещё место? — настороженно перебил я, нахмурившись.
— Заброшенный завод, за городом, там руины уже много лет стоят, с девяностых ещё, — голос его стал едва слышен.
— Завод? — переспросил я резко, сердце моё забилось чаще. — Почему именно туда?"
"И сам ощутил неприятное чувство. Я слишком хорошо помнил это место — то самое, где Валет уже однажды лишил меня жизни. А теперь снова меня туда тянет.
— Я не знаю, — проговорил кадровик, растерянно разводя руками. — Он сказал оставить паспорта в главном цеху под завалом — якобы в месте, где обрушился потолок, есть ниша. Там ящик под кусками шифера. Что-то вроде тайника…
— Когда? — сухо спросил я.
— Завтра утром… — Зуев опустил голову, не поднимая глаз.
— Завтра утром, и ты только сейчас мне об этом говоришь? — резко повысил голос я.
— Нет-нет, он позвонил буквально минут пятнадцать назад, я ещё не успел, ко мне начальник СО зашёл, я…
— Ладно, — оборвал его я. — Значит так, закладываем паспорта. Кто-то за ними обязательно придёт, верно?
— Ну, да, наверное… — неуверенно пробормотал он.
— Отлично, — задумчиво сказал я. — Тогда выставим засаду.
