Неподчинение и незримое желание исследовать что-то новое — это Игорь в середине утра. Пока его жена и дети спят, он с Мусей, Бизоном и Растрёпой отправляется к заброшенным руинам на севере города. Здесь каждый шаг кажется каким-то мистическим и запутанным, словно привлекает невидимыми силами. Каждый камень скрывает тайны прошлого, каждая стена — историю, которую вынуждены раскрыть независимо друг от друга герои....
Или хоть в какой-то Порядок.
— Именно, а тут все попадут в какой-то дикий мир! Разумные только появились. Вокруг — каменный век! — заметила бабуля Ло. — Представляешь? Сколько ты там проживёшь? Двадцать лет? Тридцать? А здесь, в Упорядоченном, живи хоть сто! Так что, дружочек, и для нас возможностей будет море. Главное, чтобы кое-что прошло на наших условиях…
— Ясно, — кивнул Норов.
— А раз ясно, слушайте сюда! Нам предстоят нелёгкие переговоры. И каждый из вас сыграет в них важную роль, — бабуля Ло поманила Турига и Норова к себе, а потом принялась шептать, объясняя свой план.
Человек и волк внимательно её слушали, запоминая каждое слово. Норов делал это, потому что так его приучили во время службы. А Туриг — потому что точно знал, когда надо слушаться бабулю Ло.
Через десять минут они спустились с гряды и углубились в окрестные леса.
Глава 21
Хтонические дары
Утром, когда отступил туман Хаоса, обычный туман никуда не делся. Он заполнил ложбину, где тёк ручей, укрыв деревья и траву холодной росой.
Ещё минуту он лежал на лежанке из ветвей, которые накануне нарубили его верные ближники. И лежал не просто так, а занятый важным делом: вспоминая, кто он, почему оказался в лесу — и что вообще происходит.
Между делом, в его голове промелькнула отстранённая мысль. О том, что если так и дальше продолжится, соратников у него не останется вовсе.
Правда, если раньше эта перспектива вызвала бы лютую ярость в душе правителя, то сейчас от подобных мыслей было… Досадно, и только.
Как подозревал сам древний правитель, причиной слабой эмоциональности стало длительное пребывание в стазисе. Почему? Как так получилось? Как подозревал ф’дар, никто не смог бы дать нормальный ответ. Никто же не наблюдал людей, замороженных в стазисе на много тысяч лет.
Были, конечно, рабы. Некоторые и пару эонов оставались статуэтками или медальонами.
Всё, что делали люди — всё было с изъяном. И даже сложнейший стазис, над которым работали лучшие колдуны конца эпохи, не стал исключением. Просто его недостатки проявились не сразу, а лишь спустя тысячелетия.
Узел Священной Пирамиды, наполненный зверьём, укрытый лесами, через которые текут чистейшие родниковые ручьи — посерел в глазах проснувшихся.
