Неподчинение и незримое желание исследовать что-то новое — это Игорь в середине утра. Пока его жена и дети спят, он с Мусей, Бизоном и Растрёпой отправляется к заброшенным руинам на севере города. Здесь каждый шаг кажется каким-то мистическим и запутанным, словно привлекает невидимыми силами. Каждый камень скрывает тайны прошлого, каждая стена — историю, которую вынуждены раскрыть независимо друг от друга герои....
А чем глубже он погружался, тем яснее видел: каждый человек обрастает за свою жизнь таким количеством недостатков, что лучше бы о них не знать.
А Саянг узнавал. Удивлялся. Возмущался. И постепенно терял веру в людей. И вместо того, чтобы до конца дней оставаться правителем, он ступил на путь героя.
Путешествуя по Упорядоченному, Саянг увидел тысячи и тысячи узлов, самых разных разумных… И всё больше надеялся только на себя.
Это был долгий путь. Сначала героические подвиги, затем — путь идола, уже не совсем героя, но всё ещё не бога.
Ну а потом вершина лестницы в Упорядоченном. Статус бога.
«Пять сотен лет… — подумал Саянг, оглядывая сидевших в амфитеатре богов. — Большинство из них достигли своего статуса гораздо быстрее…»
Когда Саянг всё-таки стал богом, то был способен лично разгромить небольшую армию в несколько сотен бойцов. И пусть местные боги этого не могут, но если соберутся вместе — и пятьдесят тысяч защитников Тео разнесут.
Огромные запасы божественных искр позволяли им бросаться убийственными заклятиями. И противостоять слаженному удару десятка богов было практически невозможно. Если, конечно, ты сам не бог.
Или не член Ордена Справедливости.
Мысли снова и снова возвращали Саянга к пробудившемуся Ордену. И к его лидеру. Собственно, ради них Саянг и поехал на этот Совет. Так-то у него было право игнорировать это сборище.
Впрочем, игнорировать он мог не только Советы богов, но и приказы высших нюхачей.
Орден Справедливости появился внезапно, будто и не исчезал на тысячи лет. Почему так произошло? Для чего Упорядоченное вернуло этот, казалось, забытый инструмент? И почему вложило его в руки именно Игорю?
Что случилось — или что должно произойти, ради чего людям вновь дали настолько могущественную силу? Неужели боги в этом эоне уже перешли красную черту? Или же причиной стал Хан, переметнувшийся к Хаосу?
— Наверно, всё-таки первое… — пробормотал древний бог, глядя, как на сцене распинается Туц-Ико, жалуясь на распоясавшиеся низкие статусы.
— Что ты сказал? — поинтересовался Эйт, давний приятель Саянга, по его просьбе и прибывший Совет.
— Да так, мысли вслух! — отмахнулся тот в ответ.
— Что тебя тревожит? — прямо спросил Эйт, с беспокойством глянув на Саянга. — Я же вижу, ты весь какой-то встрёпанный в последнее время… Будто птица Рухх, которая потеряла своё яйцо.
— Сложно сказать.
