В мрачном имении царевича Максима в Новосибирске, где еще не сняли краски надписей "графа Белозёрова", кричит воин Болемир. Владислав, его брат и правнук короля, подхватывает раненого товарища и помогает ему укрыться от последствий жары и битвы на северных полях.
Выпрямившись, я размял спину и с вызовом посмотрел на Эммануэля.
— Александр прав, — изрёк я. — Чтобы освободить Яру, мне не жалко отдать двух этих царевен. Да хоть и других пленников в придачу! Эта цена, которую я готов заплатить за свою баронессу.
— Вот видишь, о чём я и говорил, — наставительно произнёс Александр и хлопнул француза по плечу. — Эх ты! Ты же основатель Цветочного Братства. Для вас любовь должна быть на первом месте.
— Саш… — хмуро обратился я к брату.
— Молчу-молчу! — отпрыгнул он назад и поднял обе руки, признавая поражение.
— Ваше Высочество, вы… — начал было Эммануэль, шагнув в мою сторону, но я его перебил.
— С точки зрения логики ты, конечно, прав. Но мне плевать на логику.
Он цокнул и покачал головой. Я же усмехнулся и добавил:
— Как, впрочем, и Константину. За своих жён он тоже многое готов отдать. А как ты, Эммануэль, заметил, у нас сразу две его жены. И обе ему нужны. Так что готовь список, кого из пленников, разумеется, помимо Яры, нам нужно высвободить в первую очередь.
* * *Встреча для обмена военнопленными состоялась спустя три часа. Во время телефонной беседы с Константином мы договорились о том, что с собой можем взять лишь по одному сопровождающему.
«Чтобы не создавать толпы», — как выразился мой самый старший братишка.
И я с ним был согласен. Так-то что за его спиной, что за моей, буквально в трёхстах метрах лучатся нетерпением наши бойцы, готовые сорваться в бой в любой момент. Мои ребята в лесу, его — на британской базе.
— Очередной человек-факел, — хмуро проговорил Александр, заметив того, кто шёл рядом с Константином.
Константин, разумеется, использовал тело Глеба.
— Это не очередной, — в тон брату проговорил я, когда смог через «поле» просканировать огненного человека.
— Хм? — покосился на меня брат.
— Этот особенный. Эй, дамы, не торопитесь! — я чуть дёрнул за цепь наручников, ибо жёны Константина хотели рвануть вперёд к своему мужу.
— Имейте терпение, — произнёс Александр.
Я почувствовал, как внутри него зарождается буря.
— Эй… ты обещал мне, — строго напомнил я брату.
— Да-да, прости, — быстро произнёс он и хохотнул: — Буду держать себя в руках. По крайней мере, в ближайшие минуты.
Я молча кивнул, принимая его слова. Как и ожидалось, при виде Глеба-Константина Александр едва не впал в ярость. Но уж слишком сильно Сашка напрашивался со мной в сопровождающие, и я решил дать ему шанс.
Мы поравнялись с другой группой. Нас четверо, их двенадцать.
