В уроках смартфонов и беспомощности под глазами, мир замер в ожидании. Толпа на площади дышит единой волной, каждый силуэт лишь отблеском в ее гигантском вздохе. Эти загадочные собравшиеся называют «оранжевыми» или просто «оранжоидами», их слова и голоса окутанные тайным могуществом, вниманием избранной толпы....
У нас появился уникальный шанс вскрыть целиком сеть, которая создана крайне враждебными нашему государству силами, как внешними, так и внутренними.
Глава 17
20 апреля, Москва, ЮАО
Где-то в Северном Чертаново
На часах половина одиннадцатого; до рассвета, когда во двор въедет мусоровоз, или как там называются эти большие машины с подъемниками и длинными крытыми глубокими кузовами, еще далеко. Хотя многие ропщут, ворчат и ругаются на власть, люди сейчас живут очень даже неплохо. Во всяком случае, это справедливо в отношении москвичей.
Я неспешно, без суеты, ковыряюсь подобранной здесь же, во дворе, сучковатой палкой в одном из мусорных контейнеров. За плечами у меня висит на лямках старый брезентовый рюкзак. В рюкзаке, позвякивая в такт моим телодвижениям, сложена моя нынешняя добыча – несколько пустых пивных бутылок.
Одет я соответствующе: длинная мешковатая засаленная куртка с капюшоном, штаны неопределенного возраста, цвета и кроя, старые кроссовки. На голове у меня парик; поверх спутанной гривы волос, с выбивающимися во все стороны лохмами, натянутая низко, на уши, темно-серая спортивная шапочка.
Большинство из ныне живущих носят маски; большинство, если не все, скрывают свое истинное нутро. Мне тоже не впервой лицедействовать.
Я занимаюсь своим делом – высматриваю добычу, или поживу. От обычного московского бомжа меня отличает лишь то, что моя истинная цель – не пустые бутылки, не выброшенные вещи, которые можно перепродать или обменять.
