В уроках смартфонов и беспомощности под глазами, мир замер в ожидании. Толпа на площади дышит единой волной, каждый силуэт лишь отблеском в ее гигантском вздохе. Эти загадочные собравшиеся называют «оранжевыми» или просто «оранжоидами», их слова и голоса окутанные тайным могуществом, вниманием избранной толпы....
То есть в тот период, когда оппозицией и теми серьезными людьми и структурами, кто за ней стоит, планировались массовые протестные мероприятия.
В октябре, когда уже я сам, выдавая себя за Антонова, встретился с одним человеком, о котором тот дал показания как о ближней связи Романа Красильникова, когда встретился с Ларисой Копыловой, фактически засветившись перед ней как тот самый Номер Один, через которого ее близкий приятель, партнер и любовник осуществлял исполнение поступающих к нему заказов, я и не предполагал, что «крупняка», того самого «дела на миллион», о котором поведал задержанный опергруппой ФСБ и помещенный на секретную базу суперкиллер, придется ожидать долгих шесть месяцев…"
"Часть этого времени я провел в Москве, находясь в арендованной по фальшивому паспорту еще самим Антоновым на полгода квартире, расположенной в километре от того места, где припаркован сейчас наш микроавтобус.
Специфика моего задания такова, что я все это время работал без поддержки; я был фактически предоставлен самому себе.
Задание мое заключалось в том, чтобы я, вжившись в личину Антонова, вел себя как Антонов, жил и думал, как Антонов, и ждал «крупного заказа», который, как предполагали мои кураторы, не мог пройти мимо Антонова, мимо человека, получившего от Арцыбашева прозвище «Номер Один».
Идея с поездкой в Таиланд пришла в голову именно Арцыбашеву, моему первому куратору по этому делу, тому, кто руководил опергруппой, бравшей киллера № 1, тому, кто предложил руководству ведомства начать контригру, пользуясь сложившейся уникальной ситуацией и теми возможностями, что открылись в этой связи. Нужно было выйти – и резко! – из затянувшегося на месяцы состояния ожидания.
