– Ты ей что-нибудь о своих прежних делах и занятиях рассказывал?
– Я что, идиот, по-вашему?
– Судя по тому, в какой ты жопе, – да.
Я пытался попеременно освободить то одну руку, то другую, но браслеты, снабженные внутри прорезиненными вставками, не давали малейшего шанса…
Перевернуть кресло мне тоже вряд ли удастся, двое по бокам держат плотно… Да и что мне это даст?..
– Кончай елозить! – процедил «черномасочник». – Так вот, Антонов… Хотел у тебя спросить… Ты вообще на кого работаешь?
– На себя.
– Ты не понял, урод! Я спрашиваю, у тебя есть завязки в ФСБ? Может, ты с кем-то из гэбистов прежде контачил?
– Откуда? Если бы у меня были такие связи…
– То?..
– То чего б я здесь делал?
Помолчав немного, «черномасочник» спросил:
– А в местной Службе бэзпэки? Имеешь какие-нибудь связи, каких-нибудь знакомых среди них?
– Нет, никого из них не знаю.
– А кто тебе помог сделать документы?
– Документы?
– Не попугайничай, ты не в Одессе! Кто подсобил тебе с украинскими документами? И потом помог провести все по местным базам?
– Дядюшка Сэм.
– Это кто такой?
– Фигурально… За баксы все сделано! За американские деньги.
– А-а-а… опять умничаешь. Держите его плотно, – скомандовал верзила. – А ты, чувак, если все ж надумаешь сказать что-то, что нас заинтересует, поторопись… Считаю до пяти. Раз…
Вновь я ощутил кожей шеи легкий – покамест не удушающий – натяг удавки.
– Два… Три…
«Какая нелепая смерть, – промелькнуло у меня в голове. – И позорная… для киллера экстракласса! Для того, кого до недавних пор числили в невидимках, для того, о ком совсем еще недавно даже Янус практически ничего не знал кроме того, чего требовал бизнес…»
– Четыре… Колись давай! Или – сдохнешь!!
Я успел подумать, что Нику мне теперь не удастся спасти. И приготовился к молниеносному бешеному рывку удавки, к тому, к чему нельзя приготовиться, как ты ни старайся…
Прошло несколько мгновений, каждое из которых я успел причислить к последнему в моей жизни.
В какой-то момент я понял, что ничего теперь не давит мне на шею, что я могу дышать свободно. Один из этой троицы открыл ключиком браслеты – сначала на правой моей руке, затем освободил и левую.
«Черномасочник», спрятав удавку в карман куртки, распорядился:
– Все, уходим!
Посмотрев на меня, – а у меня все еще не было сил встать из этого проклятого кресла – он сказал:
– Конверт на столе! У тебя будет время отдохнуть и прийти в себя! Такси будет ожидать тебя у подъезда ровно в половине второго ночи. До этого времени из квартиры не выходить!.. К окнам не подходить! Сиди до указанного времени тихо, как мышь в норе…
Я поднялся на ноги, осмотрелся (но конверта пока не трогал), потом направился в ванную. Ополоснул пылающее лицо.