Надежды больше не будет – в вашем кабинете все оставили свой след. После ободряющей улыбки седовласой дамы, теперь вы знаете: каждый новый день — последний шанс перед важным заседанием. Ваша предательская мысль прокличет вас в самое неожиданное время...
Догилев весь напрягся, как пантера перед прыжком.
– Господи, ну чего тебе еще надо? – Прошипел он, подняв голову к потолку. – Давай, я Кулаеву ногу сломаю, и ты все равно будешь жить со мной? – Неожиданно спросил он.
– Да ты… ты.., – не нашла я слов. – А Александра Алексеевна как же? – Отыскала я причину, чтобы не жить рядом с ним.
– Мама будет рада. – Он мягко улыбнулся и повернулся ко мне лицом. – Она всегда мечтала о дочери, но за Ликой ей физически не угнаться. А тут такая радость. Лежит, бегать не может. Красота.
Я запыхтела, как баб Нюрин Кутузов поутру. Хотела еще повозражать, а потом махнула рукой, мстительно строя коварные планы.
– Хорошо. Я поеду жить к тебе. – Мило улыбнулась.
Виталик же, наоборот, напрягся.
– То есть ты согласна? – Спросил настороженно."
"– Ну да. Выхода-то ты мне не оставил. – Вновь развела руками.
– Тогда я пошел узнавать, когда тебя можно будет перевезти. – И чуть ли не бегом выбежал из палаты.
Ну и на что я согласилась?
Доктор согласился отпустить меня домой лишь через два дня.
Из больницы я вышла на руках Догилева. Голова кружилась, в глазах все прыгало, не смотря на то, что Виталик старался двигаться плавно и меня не трясти.
– Ты чего с отцом сделала? – Раздалось откуда-то справа.
С трудом повернула голову и увидела маму. Видимо, в больницу ее не пускали, так она решила у дверей караулить.
– Чего тебе? – К горлу подступила тошнота, но мне удалось задать вопрос.
Догилев громко скрипнул зубами, но маман это не устрашило.
– Как ты могла родного отца в тюрьму посадить? – Немного истерично спросила она.
Ну и что на это ответить? Я прикрыла глаза, пытаясь хоть как-то уйти от абсурдной ситуации. Почувствовала, что меня вновь понесли.
– Стой! Куда ты ее несешь? Я недоговорила! – Набросилась мама на Виталика.
– Отойди! – Рявкнул мужчина у меня над ухом, и я почувствовала, что меня сгружают в машину, сиденье которой было сильно откинуто назад.
Моя голова мягко опустилась на подголовник, и мир перестал вращаться с безумной скоростью. Я даже веки разлепила.
