— Может быть, передумает, — княгиня взяла со столика портсигар и, открывая его, щелкнула крышкой. — Может быть, нет. Я ее плохо знаю и не представляю, чего от нее можно ожидать. Но, если это воспитание Глинских, то она не придет. Упертые они все до одного. Такой род.
— Время покажет, — подвел итог Бармин. — А теперь к делу. Вы ведь уже догадались, что отец готовил меня к возвращению.
Это была легенда, на которую Бармин намекал раньше, но которую озвучил полностью только сегодня.
— Отец не знал, когда и как нам удастся вернуться, — продолжил он излагать свою историю, — вернемся вместе или один только я, но он всегда верил в лучшее. К сожалению, не дождался. Умер, когда я был еще мал, а мой воспитатель Иван Никанорович, то ли многого не знал, то ли полагал, что еще не время. Так и ушел к богам, не открыв мне ничего о моем роде-племени. Я даже того, что Менгден, не знал. Но тогда, когда я только прилетел с острова, это было, в принципе, неважно. Да и вы не знали толком, с кем имеете дело. Однако сейчас, когда в игру вступили новые игроки, — а я думаю, Варвара первая, но не единственная, — мое незнание становится попросту опасным. Вчера еще можно было никуда не спешить, но сегодня, Анна Георгиевна, после того, как я раскрыл карты, отмалчиваться больше не получится. Я хочу знать все, сколько бы этого «всего» не набралось, и каким бы оно ни было. Могу я рассчитывать на вашу помощь?
Имелась в виду, откровенность, но Игорь решил, что лучше апеллировать к положительным эмоциям, чем акцентировать отрицательные.
— Это длинная история, — словно бы, в раздумье протянула княгиня.
— Вы куда-то торопитесь, бабушка?
Было странно называть бабушкой эту моложавую ухоженную женщину. Красивую и все еще желанную. Во всяком случае, Бармину она нравилась, хотя он и понимал, что, учитывая возраст Ингвара и близкое родство, ему лучше переключиться на тех, кто помоложе и не приходится ему бабкой.
— Хорошо, — согласилась женщина, — но это разговор с глазу на глаз.
Имелось в виду, без Ольги, но Игорю Ольга сейчас была без надобности. Тет-а-тет, значит, так и будет. Ему, между прочим, разговор один на один тоже был, как нельзя кстати. Не обо всем удобно спрашивать при свидетелях, и не все мысли стоит озвучивать при посторонних.
— Если это необходимо, — кивнул он.
— Иди, девочка, — повернулась княгиня к зардевшейся Ольге, не привыкла, верно, кузина, что ее отстраняют от разговора, — займись своими делами.
— Тогда, я, пожалуй, пойду в библиотеку.
