Автор
Джорджи знала, что так долго не продлится. В этот теплый июльский день, казавшийся обычным, для нее начинается преобразование: она узнает об engagement своему лучшему другу и учителю, который ей вдруг показался более чем просто знакомым. Ее мир переворачивается, заставляя ее осознать, что жизнь может измениться мгновенно — даже когда кажется, что она наслаждается каждым минутой летних каникул своего двадцатого года жизни....
Джорджи наконец вспомнила: Анголос еще не знает, что Никки прооперировали и теперь опасность миновала. Она подняла голову и посмотрела на его исказившееся от боли лицо.
— С Никки все будет в порядке, Анголос. Операция прошла успешно.
Он замер.
— Но я думал… мне сказали... когда я увидел тебя в таком состоянии, то подумал, что он...
— Это от облегчения.
— Правда? — Анголос обнял ее. — С Никки все будет в порядке? Он поправится?
Джорджи кивнула.
— У него сотрясение мозга и поднялось внутричерепное давление.
— Осложнений не будет?
Она отрицательно покачала головой,
— Нет. Врач сказал, он поправится.
Некоторое время они стояли, обнявшись, и молчали.
— Никки вон в той палате, — показала Джорджи. — Хочешь зайти?
Анголос кивнул.
Когда они вошли, медсестра как раз наложила ребенку новую повязку.
Анголос сказал ей что-то по-гречески. Она, ответив ему, вышла из палаты, оставив их наедине с малышом.
— Она сказала, что Никки почти все время спал, — обратился Анголос к Джорджи, не сводя глаз с сына.
Джорджи кивнула.
— Верно. Но один раз он все-таки просыпался.
— Он спрашивал обо мне?
Джорджи отрицательно покачала головой.
— Нет, — ответила она и улыбнулась. — Он попросил купить ему собаку... большую собаку, как у Пола и Мирри.
— Он кажется таким маленьким и беззащитным.
— Знаю...
— Прости меня, — неожиданно попросил Анголос.
— За что? — с удивлением спросила Джорджи.
— Меня не было рядом, когда ты нуждалась в моей поддержке.
— Но ты ведь ничего не знал. И твоя мать очень помогла мне.
— Моя мать?! — изумленно воскликнул Анголос.
Джорджи кивнула.
— Не знаю, что бы я без нее делала. Она держалась молодцом. Олимпия дождалась, пока Никки проснулся, а потом я отправила ее домой. Она выглядела очень усталой. — Только тут Джорджи заметила, что у мужа тоже усталый вид. Она никогда раньше не видела его таким. — Я как раз собиралась выпить кофе. Хочешь, принесу и тебе стаканчик?
Анголос нежностью посмотрел на жену.
— Я, пожалуй, пойду с тобой. Никки ведь сейчас не проснется?
Джорджи покачала головой.
— Вряд ли. Правда? — обратилась она к медсестре, которая снова вошла в палату.
Та кивнула.
Анголос обнял Джорджи, и они направились к двери,
— Нам нужно кое-что обсудить.
Джорджи вздрогнула.
О нет, пронеслось у нее в голове.
— Замерзла? — спросил Анголос, почувствовав, что она дрожит.
— Нет.
Джорджи понимала, о чем он хочет поговорить с ней.
