Темнокожая художница Ундина рисует загадочных бабочек, а Моргана боится сущности внутри себя. На вечеринке в канун солнцестояния эти трое узнают правду о своей крови и причинах их сближения. Их судьбы переплетаются вокруг тайны Кольца огня.
Ровным шагом дошла до обочины тротуара. Каждый листочек, каждая песчинка на асфальте, каждый почтовый ящик бросались ей в глаза с необычайной четкостью, поражая взгляд резкостью граней. Впервые за долгое время она видела отчетливо и была готова к познанию истины.
Эту хитрую науку Вив именовала изящным словом «видение», но Мотылек для себя определял ее как теорию существования эльфов, каковую и пытался изучать вот уже четыре года. Само их племя, в свою очередь, было одержимо страстью к систематизации объектов человеческого мира, к составлению различных перечней, систем, списков и классификаций, на первый взгляд довольно бессмысленных, — туда были включены все хитросплетения частиц и газов, плазменных тел и электромагнитных феноменов, посредством которых Вив пыталась наладить связь с незримым миром.
Наставницей Мотылька Вив стала случайно, и этот случай он считал для себя счастливым. В Лос-Анджелесе, несколько лет назад до этого — в Нью-Йорке, где он встречался с подменышами из атлантического кольца, о Вив говорили как о Потомке с колоссальным даром космологического предвидения и мудрости. Ее считали почти преподобной, хотя подменыши осторожно употребляли слова с религиозным оттенком.
«Мы — магнетические физические существа, — часто напоминала Вив молодому человеку, — ни ангелы, ни боги. Мы обитаем в этом мире ровно столько, сколько нам нужно, чтобы обрести самосознание».
Для удобства своей деятельности Вив получила в Беркли степень доктора наук. В Нью-Мексико она читала и изучала знаки, на собраниях же появлялась лишь в случае необходимости. Сам Мотылек имел гораздо более низкую степень посвящения, и его «видение» имело мало общего с его якобы сверхчеловеческими силами. Эти слова все еще вызывали у него улыбку. Когда-то он сам впервые пришел на поляну в лесу в канун очередного солнцестояния и едва не рехнулся, так же как Никс, Ундина или Моргана, но за несколько лет, прошедших с тех пор, узнал об этих самых силах намного больше.
Но свою способность разгадывать предзнаменования он считал довольно прозаичной и вполне человеческой.
В качестве звонка с неизвестных номеров он поставил мелодию Майкла Джексона — «Триллер». И лишь один человек звонил ему с такого номера — с очередного платного телефона, как в старые добрые времена.
— Слушай, Никс! — с невольной грубостью воскликнул Мотылек.
Разумеется, каждый проводник должен быть готов к тому, что посвящаемый попытается сбежать от своего кольца, но Никс удрал слишком рано и внезапно.