В заброшенном особняке начинается необычный детектив. Когда незнакомец появляется в доме, все подозрения падают на него. Но как можно объяснить его присутствие без улик? Влечение к тайне и желание найти истинное значение приключений создает атмосферу жестокой интриги, где каждая переговорка может быть зловещей....
– Но… не знаю, сказал ли вам доктор, но я ничего не помню об аварии, – она обреченно нахмурилась.
– Вам рассказали, что случилось? – спросил Кёртон.
Она неуверенно кивнула.
– Да, но я ничего из этого не помню.
– Очень жаль, – сказал Флеминг. Он видел, что их присутствие ее нервирует, хотя она и пытается это скрыть. Он продолжил. – Авария произошла на перекрестке Проспекта и Дэвис-Драйв, в южной части города, – он остановился. Она ответила ему нервным взглядом, но промолчала. – Вы живете на севере. Как вы думаете, почему вы оказались в том районе?
Она покачала головой, слегка морщась от боли.
– Я… я не знаю.
– Можете предположить? – спросил он мягко. Когда она не ответила, он продолжил. – Этот район славится наркотиками и криминалом. Не место для домохозяйки из пригорода.
Она беспомощно пожала плечами и тихо ответила:
– Простите.
Муж потянулся к ней и сжал ее руку.
Флеминг передал Карен лист бумаги.
– Что это? – нервно спросила она.
– К сожалению, протокол о неосторожном вождении, в штате Нью-Йорк это – серьезное правонарушение.
Она подняла на него взгляд и закусила губу.
– Мне нужен адвокат? – неуверенно спросила она.
Флеминг ответил:
– Это хорошая идея. Неосторожная езда считается преступлением. Если вас признают виновной, у вас будет судимость и, возможно, вы сядете на какое-то время в тюрьму.
На ее лице читался шок. Том Крапп отвернулся, как будто борясь с тошнотой. Флеминг взглянул на Кёртона, и оба они, кивнув на прощание, удалились.
Доктор Фултон вышел вслед за Флемингом и Кёртоном.
Доктор посмотрел вслед уходящим полицейским – две строгие черные фигуры в море синих медсестер. На мгновение он задумался, не позвать ли их обратно. Но момент был упущен, и они ушли.
Когда Карен Крапп две ночи назад привезли в больницу, она не понимала, где находится, то теряла сознание, то снова приходила в себя. Как будто даже не знала, кто она, не смогла назвать себя. И все повторяла что-то, как в лихорадке, – кажется, мужское имя. Фултон забыл, какое – та ночь выдалась сумасшедшей, – но точно не «Том». И это не дает ему покоя. Может быть, кто-нибудь из медсестер вспомнит.
Непохоже, что она притворяется, будто ничего не помнит.
