Ничего ведь страшного не случится, если она добавит и его? В воду полетело еще несколько капель.
На самом дне, аккуратно завернутый, оставался еще один пузырек. С маслом, которое должно было подсказать, что испытывает мужчина. Да и Габор, кажется, собирался принять ванну вместе с ней.
Олеся вытащила последний пузырек. Жидкость в нем необычно мерцала, как будто внутри плавали невидимые блестки. А еще масло меняло цвет. Становилось то розовым, то золотистым, то сиреневым.
Олеся осторожно открутила крышечку с маленькой пипеткой. По всей ванной тут же разлетелся необычный аромат. Пахло сразу и ванилью, и немного шоколадом. И даже дождливым лесом. Странно, но именно такие духи она и любила. В которых ощущались именно эти нотки.
Олеся капнула в воду одну маслянистую капельку. Немного подумала и капнула еще одну.
Не случится ведь ничего страшного?
Перекрывая шум воды, в спальне хлопнула дверь. Олеся быстро закрутила крышку и положила пузырек в корзину к остальным.
Обернувшись на звук шагов, Олеся увидела, как Габор входит в ванную. Он был очень красив. И совершенно на своем месте.
Господарь странного и пугающего мира. Чем-то он походил на султана, утомленного политикой и войнами. В конце дня он приходит к своим наложницам, принимающим ванну. Может, ему хочется просто расслабиться. А может, наоборот, он нуждается в грубых ласках, чтобы выпустить пар. Он обводит сосредоточенным взглядом все помещение, выбирая рабыню, которая будет ублажать его всю ночь.
Но видит только Олесю.
На душе почему-то стало нестерпимо грустно. Она ревновала его даже к вымышленным женщинам, которые существовали лишь в ее воображении.
Когда она успела так погрязнуть в нем? Как умудрилась стать настолько зависимой от мужчины? Не защитила себя и свое глупое сердце.
На лице Габора отразилось удовлетворение. Как будто именно та наложница, которую он искал, оказалась на месте.
Что за идиотские мысли лезут в голову? Может, это все из-за масел, которыми она так опрометчиво воспользовалась? Неужели пара капель могла оказать настолько губительное влияние на ее сознание?
Габор хитро улыбнулся и, на ходу расстегивая сюртук, двинулся в ее сторону.
— Я думал, ты опять куда-то сбежала.
Олеся не нашла в себе сил встать на ноги. Она чувствовала странную слабость, блуждающую по всему телу.
Неожиданно охрипшим голосом она спросила:
— Здесь есть еще тайные ходы?
Она отдавала себе отчет в том, насколько призывно и соблазнительно это звучало.
Габор стянул сюртук с плеч, небрежно бросил на пол и потянулся к ее плащу.
— Да. Их здесь много. Раньше крепость выглядела совсем иначе.
Олеся позволила ему спустить с ее плеч плащ и оставить ее абсолютно обнаженной.
— Ты такая красивая.
Он погладил ее щеку, лаская взглядом плечи, грудь и живот.