Автор
В мирном лесу под призрачным небом, где хрупкое стекло глаз несущего отреченца переплетается с холодной гладью воды в кристально чистой реке, жила женщина, оставшаяся без пути. В магазине она забежала за последним укрытием, но даже там страх пытал её не идти дальше.
Не такие мёртвые, каких приручают люди. Эти разумны. Черные балахоны скрывают их прогнившие насквозь тела, это прячет их вид, но запах забивает ноздри, заставляя желудок сжиматься в конвульсиях.
Они пришли за ней, за моей стаей, за сестрой, которая не понимает, что одним своим существованием доставляет этим тварям нестерпимую боль, которая яростью рвётся наружу. Хранительницы земель слишком чисты для них. Они как яркое белое пятно на чёрном полотне, луч слепящего солнца в непроглядной тьме. Но она моя!
Одним рывком преодолеваю расстояние, чтобы начать рвать тварей когтями и зубами.
Она моя!
Мой рёв разносится по округе, я не хотел привлекать внимания, но врожденная сущность требует выхода. Огонь требует вибраций в глотке.
Сестра спустилась следом, чтобы помочь. Глупая. Тебе нужно бежать.
В ответ на мой вой, прозвучал драконий зов. И это был не друг. Враг, который летел к нам, на подмогу этим тварям.
Мертвецы бились мастерски, не каждый дракон способен выстоять против моего вида, и уж тем более не всякий может нанести вред.
Двоих сбил с ног хвостом, ещё один запрыгнул со спины на моё крыло и полоснул по нему острым лезвием. Это отвлекло меня от сестры, когда в неё запустили черным плетением заклинания. Я не успел среагировать. Я мог бы бросится на перерез, чтобы остановить его, отразить, но не успел."
"Она рухнула на землю, как сломанная кукла и начала содрогаться в конвульсиях.
Страх. Каленым железом в мою грудь воткнулся страх, что я её теряю. Не хочу терять стаю. Только не снова. Огонь рвется наружу, пожирая всё на своём пути. Я его не контролирую. Не могу. Я не могу успокоится. Для меня приоритет сейчас, человеческая девчонка. Сделать хоть что-то.
Рвусь к ней, сбивая последнего монстра с ног. Отточенный годами удар хвостом и хрипящая голова катится к чьим-то ногам в кожаных сапогах. Человек что-то кричит.
Сестра лежит без движения. Только крик застыл на губах. Глаза зажмурены, будто невыносимая боль не дает ни шевелится, ни спокойно лежать.
Ей больно.
Применив магию, вернулся к минимальным размерам и улегся ей на грудь, раскрыв крылья и создавая амагичный кокон, чтобы хоть как-то унять её боль. Я вижу, что это магия уже другого порядка. Проклятие начало таять, но что-то другое наполняет девчонку.
