– Илья запретил! Когда это дети запрещали своим родителям? – Женский голос выражает недовольство и разочарование. Мои щеки пылают, а ладони становятся влажными. Я не готова к знакомству с матерью оборотня! С ее появлением сомнения в правдивости слов блондина отпадают сами собой. Он же мог соврать, зная, что волчица слаба и не чувствует притяжения пары. Посмеяться. Вполне возможно, оборотню бы захотелось немного поглумиться и унизить дочь «предателя». – Я только оставлю поднос и уйду, – настаивает женский голос.
– Ага. – Мужчина смеется. – Верю-верю, сам брехун.
– Кстати, а где Илья?
Прижавшись спиной к двери, я бесшумно выдыхаю. Разговор продолжается, а мысль о знакомстве забыта.
– С Альфой. Вчера старший не рассчитал силу. Лео повез Илью объясняться с правящим Светлых за беспорядок в баре и гибель их человека..
– Надеюсь, не будет проблем?
– Он защищал свою пару, закон на его стороне, тут не придраться.
– Это же кровососы, им не нужен повод, они его выдумают.
– Не переживай, мам.
События вчерашнего вечера проглядывают сквозь плотную пелену наркотического дурмана. Смазанные, нечеткие. Я потеряла связь с реальностью в один момент. Кровь выбивала виски, картинка мужского лица плыла, трансформировалась, а потом я просто увидела блондина перед собой. Еще я слышала волчицу, она выла, звала кого-то. А сейчас? Прислушиваюсь к себе. Тишина.
Поначалу молчание волчицы меня пугало, но и с ним я научилась жить. Мне даже нравилось – так я была похожа на людей, практически не отличалась.
– После твоих слов сразу стало легче, – иронично замечает мать блондина.
– Он позвонит, как вернется, я ему передам, что ты беспокоишься.
– Да что мне ваши звонки?..
Я поворачиваю барашек крана, заглушая семейную перепалку и голодное урчание желудка звуком льющейся воды.
В углу за дверью, под раковиной, у ванны – везде, где есть свободное место на полу, выстроены пирамиды с вершинами из носков. Я готова встретиться с матерью блондина прямо сейчас, в очередной раз запнувшись о грязную мужскую одежду, и указать ей на пробелы воспитания отпрыска. Ищу взглядом швабру, но в этом доме или не принято убирать, или убирают везде, кроме спальни. Принимаюсь пинать под раковину мужские боксеры идиотской расцветки. Улыбающиеся ананасы смотрят на меня обиженно, даже оскорбленно.
С детства я люблю обжигающие струи горячей воды. Чтобы поднимался густой пар и наполнял воздух влагой.
