Так что телосложением я сильно не отличалась от мужчин шанар, ну, могут подумать, что юнец пожаловал в город, чтобы заработать немного денег.
А вот мои руки могли выдать меня, и пришлось их спрятать за перчатками из тончайшей кожи. Пусть и хрупкая защита, но она поможет скрыть предательский изгиб женской ладони.
Не знаю архитектурных красот других городов, но мой путь пролегал сейчас сквозь базар — клокочущее сердце города, где людской поток бурлил в многоголосом хаосе.
И надо же прямо на входе примостилась знакомая предсказательница, ожидая подаяния от мимо проходящих людей.
«Как же она добралась до этого места? Неужели караванщики проявили сострадание и позволили с караваном пройти ей такой путь? Ведь у женщины нет и ломаного гроша. Она живет на то, что ей подадут.»
Словно ощутив мой взгляд, она вскинула свою седую голову и устремила на меня взор, пронзительный и мудрый.
"Шарис вернулась", — прошелестел ее шепот, подобно сухому листу на ветру.
Люди обтекали ее, грязную и растрепанную, словно река обходит корягу, не удостаивая даже мелкой монетой.
Делали вид, что не замечают ее, или же делали вид, что спешат по своим важным делам, не находя времени для капли сострадания.
Люди еще долгие годы будут пересказывать увиденную картину, как шантар замер у ног нищенки и присел напротив неё на корточки.
— Тебе не место здесь, — прошептала так, чтобы наш разговор никто не слышал. — Такие, как вы — отверженные, изгои общества. Ваши души не вписываются в их тесные рамки. Пойдем со мной. Я увезу тебя туда, куда звали твои видения. Там обретешь ты кров и забудешь голод, оставишь позади скитания по городам, откуда тебя гонят.
— Я пойду с тобой, Шар… шантар, — прохрипела она, и в ее глазах вспыхнул слабый огонек. — Я жажду увидеть то, что является мне в видениях.
Я протянула ей руку, и она, с трудом опираясь на клюку, поднялась. Сквозь разношерстную толпу поплыли две фигуры: шантар и древняя старуха, словно воплощение силы и хрупкости, мудрости и немощи, вызывая в людях ропот удивления, растерянное непонимание и безмолвные вопросы.
Караван-сарай обрушился на нас какофонией звуков: хриплыми воплями верблюдов, ворчливым рокотом погонщиков, взрывами грубого смеха и резким щелканьем хлыстов, словно ударами бича рассекающих знойный воздух.
Он имел прямоугольное строение с открытым двором и колодцем посередине двора, небольшими изолированными помещениями, расположенными в один ярус и соединенными в единый прямоугольный план комплекса.