Глаза Глории стали единственным светом в моей бездонной тьме, когда мир вокруг меня стал невероятно холодным и непостижимо мрачным. Ночная пустота раздавалась через черные двери отпуска. Теперь она стала моим домом, но боль не покидает, как древний злой дух вечно находит новые формы для смертельной игры....
***
Глава 44
Толпа ахнула, прикрывая рты от ужаса. Я знала, что на острова отправляли проклятых богиней людей, постепенно превращающихся в монстров. Однако там же находились и редкие рудники, дающие ценные материалы для артефактов. В исключительных случаях туда отправляли злодеев, не имевших шанса на спасение. Они доживали там свои года, погрязнув в битвах за выживание и добыче руды.
— Вы не понимаете, миледи, — прошептал Хангон, в его дрожащем голосе сквозил страх. — Мы были вынуждены делать это.
"Я холодно смотрела на склонивших голову мерзавцев и молчала. Шёпот толпы разносился волнами, расходясь во все уголки Румороса. Люди говорили за меня, и их гнев проступал всё сильнее и ярче, подобно пламени в уже остывшем очаге. Они утратили веру в справедливость, но я смогла вернуть её. Теперь им не нужно было вымаливать себе гроши для жизни, и падать в ноги надменным лекарям из лечебницы. Скрестив руки на груди, я уже собиралась отдать приказ увести всех, однако градоначальник, который молча наблюдал за этой сценой, вдруг шагнул вперёд.
— Это всё ваша вина! — крикнул он мне, сотрясая множеством подбородков. — Вы приезжаете сюда и обвиняете нас, но вы не знаете, каковы наши трудности! Вы не знаете, что значит управлять этим городом!
— Я знаю, что значит быть справедливой и честной, — произнесла, с трудом сдерживая гнев. — Вы использовали свои полномочия ради выгоды.
Толпа зашумела громче, и некоторым из стражей пришлось вмешаться, чтобы поддержать порядок. Я подняла руку, и молчание тяжёлым облаком опустилось на площадь.
Подняв пергамент, я зачитала приговор. Каждое слово подобно кинжалу вонзалось в сердца виновных, оставляя кровоточащие раны. Они кричали, молили и рвали на себе волосы, но я оставалась хладнокровной. Это единственный путь к справедливости, к возрождению этого города.
— Привести приказ в исполнение! — сказала я, со сталью в голосе. Мне нельзя было выставить себя слабой, хоть внутри всё и дрожало.
