Автор
В дымовых потоках СССР в начале XX века — первые пожарные команды, где каждое слово и каждый шаг имеет значение. Здесь жизнь и смерть за доли секунды решаются на холодном кране или горящей лампе. Атмосфера напряженности и спасательной миссии в жарком заледеневшем городе, где каждое дыхание — жизнь или смерть....
Ну вот я и решил сбежать, пока жареным не запахло.
Я тяжко вздохнул.
Если он говорил правду, то круг опять замкнулся. Теперь на Климе.
Черт возьми, как я и думал с самого начала — это будет выгодно только ему. И хотя при разговоре с ним, я пытался прощупать — тот категорично шел в отказ.
Заявить в милицию все еще нельзя — у нас нет ничего кроме гвоздей, а ни один следак на такую мелочь даже не посмотрит. Тем более, что факта преступления нет, жалоб тоже нет. Официально, это лишь бытовые пожары, не более.
Больше мне ничего узнать не удалось.
Я отпустил его, а сам вернулся к машине. Сотников подоспел чуть позже — были разбирательства насчет того, что тот использовал стоп-кран и все-таки выбрался из электропоезда, когда тот уже тронулся с места.
Больше на вокзале делать было нечего. По пути, я рассказал ему о нашем разговоре и тот глубоко задумался. А когда мы подъехали к общаге, тот произнес:
— Есть только одно решение, которое нам поможет…
Глава 21
Штаб-квартира
Александр Федорович Сапрыкин был на месте.
Вообще, тренировочный зал, где он преподавал, находился неподалеку от дворца культуры. Это было небольшое двухэтажное здание, часть которого была отведена под тренажерный зал, а вторая была выделена как раз под секцию самбо.
Прошло почти два дня, когда я вспомнил, что тот приглашал меня к себе. У него определенно был ко мне какой-то разговор.
Едва я вошел в здание, оказался в коротком коридоре, где пахло пылью и резиной.
Уже здесь были хорошо различимы команды, какие-то шлепки.
Практически весь пол покрывали красно-желтые маты, по периметру было закреплено несколько шведских стенок, стояли козлы, стойки с гантелями, турники и еще какие-то спортивные агрегаты."
"Прямо сейчас шла тренировка. Два десятка парней, возрастом от шестнадцати до двадцати с копейками, разбились на пары и отрабатывали какие-то приемы с бросками. Судя по всему, это была старшая группа.
При моем появлении, некоторые перестали заниматься.
— Александр Федорович! — окликнул кто-то, показывая на меня.
Тот обернулся, увидел меня и махнул рукой в сторону, где у стен были закреплены лавочки.
— Артем, обожди пару минут.
Я отправился в указанном направлении.
— Антон, ты за старшего! — скомандовал Александр Федорович. — Отработайте связку три и четыре, а я скоро подойду.
