Автор
В дымовых потоках СССР в начале XX века — первые пожарные команды, где каждое слово и каждый шаг имеет значение. Здесь жизнь и смерть за доли секунды решаются на холодном кране или горящей лампе. Атмосфера напряженности и спасательной миссии в жарком заледеневшем городе, где каждое дыхание — жизнь или смерть....
Какого черта он сам взялся за это дело? Неужто сам шарит в электрике? Вот так неожиданность!
— Ты? — прошипел я, кое-как справившись с изумлением. Швед, потирая ушибленную голову, посмотрел на меня с ненавистью.
— Что, удивлен? — он вдруг усмехнулся, затем сунул руку в карман и вытащил оттуда короткий нож. Прокрутил в руках. — Позволь спросить, а что ты тут делаешь, Жаров? Неужели материал для статьи собираешь?
— Нет, Швед! Не за материалом! — твердо заявил я, спешно соображая, что противопоставить ножу. Ведь он достал его не просто так.
Тот кинул взгляд на кухню — там уже все пылало так, что потушить своими силами было никак нельзя. Основную массу дыма вытягивало через открытую дверь и окна, поэтому мы хотя и видели друг друга сквозь пелену, но дышать было можно.
— Гляди, как горит! — хмыкнул Швед.
— Что ты намерен сделать? — задал я прямой вопрос.
— Ну… Дом сгорит, вместе со всем имуществом. Шерстнев потеряет кучу денег — его банда и так почти рассыпалась. И тогда рынок Сулина будет мой, а там перспектива расшириться и на соседние города.
Швед резко устремился ко мне, но я был готов. Ухватил вазу с настенной полки и швырнул в него. Попал — послышался звон разбитого стекла. Я отшатнулся в сторону, подхватил стул замахнулся им на манер дубины…
Противник увернулся и снова бросился ко мне. Я заметил кровь у него на лице — какой-то из осколков оцарапал. Хорошо, если он тут все измажет.
— Не дури, Швед! — рявкнул я, отступая назад.
— Чего ты вообще сунул сюда свой нос? — спросил тот, хищно оскалившись. — Какое тебе дело до каких-то там фарцовщиков, да к тому же заезжих? Будешь мне про дружбу рассказывать? Чушь, не поверю! Клим мне все рассказал!
— Дружба тут ни при чем… — закашлявшись, произнес я. — Я хочу стать пожарным, а ты эти самые пожары провоцируешь! Ты как красная тряпка для меня! Думаешь, если милиция этого не знает, некому тебя остановить? Ошибаешься!
— Не-ет, Жаров! Все не так! — рассмеялся Швед.
— Могли погибнуть ни в чем не повинные люди. Дети. И не один раз! — яро возразил я. — Ты об этом подумал?
— Ну и что? — злорадно усмехнулся тот. — Одним больше, одним меньше!"
"— Ну ты и тварь! — качая головой, процедил я.
