Автор
В дымовых потоках СССР в начале XX века — первые пожарные команды, где каждое слово и каждый шаг имеет значение. Здесь жизнь и смерть за доли секунды решаются на холодном кране или горящей лампе. Атмосфера напряженности и спасательной миссии в жарком заледеневшем городе, где каждое дыхание — жизнь или смерть....
Ухватившись за поручни, я начал спуск первым."
"Всего за несколько минут вокруг нас разразилась настоящая буря. Молнии сверкали вокруг чуть ли не ежесекундно, ослепляя яркими вспышками. Капли воды били со всех сторон, вся одежда мгновенно вымокла. Мощные порывы ветра грозились сбросить нас вниз, при этом вряд ли бы кто-то долетел до низа живым.
Антенны натужно скрипели, даже пошатывались. Мы двигались чуть ли не на ощупь, вжимаясь в лестницу — так сильно били в лицо холодные капли и резкие порывы ветра. Казалось, ливень из вертикального, превратился в горизонтальный.
— Быстрее, быстрее! — кричал я, подгоняя Серегу, что был где-то надо мной.
Вдруг молния ударила куда-то справа, кажется, попав в одну из мачт. Брызнули ослепительно-белые искры, но к счастью, без последствий. Я чуть ли не ежесекундно представлял себе, что следующая молния шарахнет в кого-нибудь из нас.
С большим трудом мы спустились еще на один пролет вниз. Я не удержался и сорвавшись, шваркнулся на межсекционку. Не высоко но, приятного, все равно было мало, к счастью, ничего не повредил.
Весь обратный путь я мысленно ругал себя за то, что мы пренебрегли правилами и здравым смыслом. Ведь, несмотря на быстро портящуюся погоду, мы все равно полезли наверх, рассчитывая все закончить по-быстрому. Можно же было переждать бурю где-нибудь внизу, хоть в том же заброшенном здании, а после спокойно возобновить подъем.
Снова сверкнуло, только уже где-то над нами.
Поскользнувшись на мокром металле, я неудачно зацепился о какой-то штырь.
Сначала сверху раздался оглушительный грохот грома, затем лязг металла, а уже после крик. На меня упала отломившаяся перекладина, больно ударив по затылку.
— Держись! — истошно заорал я, кое-как держа его за ногу. Тот лихорадочно трясущимися руками уцепился за соседнюю трубу, частично принял вертикальное положение.
Еще не успев ничего предпринять, я вдруг что-то почувствовал.
