Автор
В яркими и чистыми сумерками, особенно по ночам, когда светили фонари, молодой человек стоял у окна своей спальни, наблюдая за красивыми каретами, мимо которых проезжали. Иногда он оставался в тихом ужасе, прислушиваясь к тому, как эта же карета приближается к его дому, где жил с матерью.
Ну ладно, еще несколько минут, и она больше никогда ему слова не скажет!
Но пока их разговор не закончился, и он сказал ей, прежде чем отпустить руку:
— Разве не существует неписаного правила, по которому отпрыски герцога должны быть храбрыми?
Какая нелепость! Но Девин отошел прежде, чем она успела что-то ответить, и все равно потребовалось несколько секунд, чтобы Аманда сообразила — он назвал ее трусихой! Она попыталась разглядеть, куда он делся, и увидела, что он снова танцует, на этот раз с Блайт Пейс.
Проклятие! Да как он смеет подстрекать ее сесть верхом? И разумеется, теперь единственный способ доказать ему, что он ошибается, — это действительно взгромоздиться на лошадь! Но ведь она же попыталась, когда ездила с отцом домой. Попыталась? По правде сказать, нет; напротив, старик Герберт помог ей окончательно опустить руки, потому что вообще никак не подбодрил.
Аманда закусила нижнюю губу. Несмотря на предупреждение Офелии о том, что верховая езда — это обязательное условие для отношений с Кендаллом Госвиком, она все равно надеялась на дальнейшее с ним знакомство. А теперь Девин сказал ей то же самое, и надежда окончательно улетучилась. Уныние снова начинало овладевать ею. Она в самом деле радовалась, что в этом сезоне у нее появились два отличных кандидата… и где, черт побери, второй? Она до сих пор не видела Роберта Бригстона.
— Что-то случилось? — спросила Ребекка шепотом, чтобы Руперт не услышал.
— Нет, а в чем дело?
— Ты хмуришься.
Аманда вздохнула:
— Да что-то вокруг очень много мужчин, из которых нужно выбирать, и становится слишком сложно в них разбираться.
— Правда?
Аманда засмеялась. Они с Ребеккой дружили с детства, и та очень хорошо ее знала.
— Просто тот, который понравился мне больше всех, помешан на лошадях. Фелия считает, что он не станет за мной ухаживать, если узнает, что я не езжу верхом.
— А ты все еще не ездишь? Я знаю, что после того ужасного падения, когда тебе пришлось целое лето провести в постели, ты отказывалась даже попробовать, но думала, что сейчас…
— Вместо этого я езжу в карете. Мне и в голову не приходило, что потребуется снова ездить верхом! А теперь я, конечно, постараюсь, но вдруг ничего не получится?
Ребекка рассмеялась.
— Решимость и сомнение в одной фразе, только ты можешь их так талантливо соединить. И если хочешь моего совета, не ставь карету впереди лошади. Найди себе хорошего учителя и сделай попытку прежде, чем начнешь волноваться…
— А, вот ты где, девушка! — воскликнула Мейбл Колликотт.
