Успешный юрист попадает в 1938 год, становясь детдомовцем в школе НКВД. Его жизнь наполнена опасностями, когда рядом с ним находится мутный чекист, а впереди — нелегальная работа. На кону его будущее, и он пытается выжить среди враждебных товарищей.
Раздел Chitat.online для книги «Позывной «Курсант» — 2» помогает быстро понять, что это за произведение: автор, жанровая привязка, описание и полный текст собраны на одной странице.
Успешный юрист попадает в 1938 год, становясь детдомовцем в школе НКВД. Его жизнь наполнена опасностями, когда рядом с ним находится мутный чекист, а впереди — нелегальная работа. На кону его будущее, и он пытается выжить среди враждебных товарищей.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
читать текст Павел Барчук Легкое чтение Фантастика Попаданцы подборки серии
Успешный юрист попадает в 1938 год, становясь детдомовцем в школе НКВД. Его жизнь наполнена опасностями, когда рядом с ним находится мутный чекист, а впереди — нелегальная работа. На кону его будущее, и он пытается выжить среди враждебных товарищей.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
После муторной ночи с очередными муторными снами и туманными размышлениями Подкидыша про неизвестную крысу, из-за чего он перебудил всех, внезапно наступил… Та-дам! Рабочий день! Хотя несомненно только что была суббота. И я как бы искренне верил, еще один день нам дадут отдохнуть. Ну, разбудят опять утром, ладно. Побегаем. А потом, может, предоставят какое-то личное время. В город уже никто не повезёт, это понятно. Однако, появится возможность подремать пару часов. Ночь-то через одно место прошла.
Ага… Щас! Шестидневку не хотел ли ты, Реутов Алексей Иванович? Причем, что это за зверь такой, я узнал следующим утром, причём совершенно случайно.
Детдомовцы проснулись рано, ещё до появления Шипко. А некоторые, к примеру, даже и не заснули больше. В данном случае я про себя говорю. Подкидыш, главное, сукин сын, дрых, как убитый (тьфу-тьфу-тьфу, не дай бог), а я ворочался в постели, дурак дураком. Мысли лезли всякие, в большинстве своем матерные, и ни одной хоть немного радостной или конструктивной.
Поэтому, когда Корчагин вскочил с постели, объявив, мол, он решил облагородить нашу спальню, я, как и остальные, уселся на кровати, ожидая, чего же такого придумал Матвей. Заодно костерил себя, что вместо нормального крепкого сна промаялся какой-то ерундой — вспоминал сон с участием деда и Бекетова, размышлял о Зайцеве, а потом пытался проанализировать, виноват Клячин в его смерти или нет.
Однако, когда довольный Корчагин вытащил из своей тумбочки календарь и принялся лепить его на различные места, начиная от стен и заканчивая окнами, Заяц, а так же его внезапная кончина, моментально выветрились из моей головы.
— Вот… — Матвей настойчиво пытался засунуть плотный лист бумаги с гордым названием «табель-календарь» под оконную раму. — А то мы как нелюди, честное слово. Ни черта не знаем. Сидим тут, света белого не видим.
Я сначала подумал, меня обманывают собственные глаза. Потом встал с кровати и подошёл ближе, уставившись на численник. Лучше бы я эту страсть не видел…
Для начала, в неделе вдруг оказалось шесть дней. Я сначала едва не ляпнул, что Матвей приобрел какую-то бракованную херь. Однако, вовремя заткнулся. Потому что остальных столь идиотский вид календаря вообще не удивил.
— Ну, ты даешь… Потратил гроши на такую ерунду… Ладно этот… — Подкидыш кивнул в сторону Бернеса. — Открытку себе купил и радуется.
