— Вы же сначала хотели только поговорить…
— Не твое собачье дело! — рыкает на него Игорь Иванович. Потом поворачивается и тоже смотрит на меня добрым взглядом.
— Реутов! Реутов! Собака ты сутулая… Проснись! Проснись, говорю, хватит мычать. И без того ссыкотно чего-то… Особенно после личных бесед с товарищами чекистами… Чтоб им пусто было… Сволочи… Реутов!
Меня активно и очень упорно трясли за плечо. Я открыл глаза, но в этот раз не потому что сон прервался сам. Ни хрена подобного. А потому что, наклонившись, надо мной стоял Подкидыш и совершенно скотским образом меня будил. Ему это удалось. На самом интересном месте!
— Чего тебе? — я несколько раз моргнул, пытаясь сфокусировать взгляд. Потом протёр глаза рукой. В них будто песка насыпали.
— Слушай… Поговорить хочу. Насчет всего, что случилось. Есть подозрение, среди нас — крыса. — Подкидыш оглянулся на остальных пацанов, которые благополучно спали. — Вот они чего нас по очереди и допрашивали. Понял? По одному заводили в кабинет. И херню всякую вызнать пытались. Про тебя с Зайцем. А чего там пытаться. Да? Зайца кто угодно подрезать мог. Ты при чем? Тебя вообще не было. Крыса! Точно говорю. Напела эта тварь чекистам какой-то херни.
— Вань… Вот ты не знаешь, конечно, такой истории. Я тебе расскажу. Чтоб была понятна аналогия. Один человек ехал в поезде. Известный человек. Допустим… — я задумался, пытаясь сообразить, кем заменить героя этого анекдота. Мой взгляд упал на Марка. — Вот! Бернес, только настоящий. К нему зашла… тётка зашла… и сказала, мол, вы аккуратнее, а то у нас воруют. В итоге все пассажиры спали, а Бернес всю ночь караулил шмотки свои.
— Так… — Подкидыш с серьёзным лицом уселся на край моей постели. Сложил руки. Судя по внешнему виду, приготовился слушать.
— Что «так»? Смысл понял? Нет?
— Ни черта не понял, — Ванька смущённо почесал пальцем бровь. — А в чем смысл? И это… Слово какое-то… Аналогия твоя… Матерное что ли?
— Смысл, Иван, в следующем. Ты на хрена меня разбудил со своей новостью пол крысу? Чтоб я до утра думал, кто это может быть? И так понятно, без твоих ночных откровений, крыса имеется. И свали с моей кровати! — я ногой спихнул Подкидыша.
— Так у меня есть версия, кто это, — Ванька обиженно надулся. — Ну, если неинтересно… То, конечно…
— Да мляха муха… — я сел, покрутил головой по сторонам, пытаясь словчиться, где нам лучше поговорить. — Идём на улицу. Там никто не услышит.
— Нет уж… — раздался бас со стороны Лёнькиной кровати. — Давай при всех.