Успешный юрист попадает в 1938 год, становясь детдомовцем в школе НКВД. Его жизнь наполнена опасностями, когда рядом с ним находится мутный чекист, а впереди — нелегальная работа. На кону его будущее, и он пытается выжить среди враждебных товарищей.
Или волнуется, или боится. Нет, ну так-то мы все равно не в темной подворотне находимся. Если объективно, Подкидыш не успеет причинить ей реальный вред. Наверное… Просто сам факт, конечно. Как ей потом с нами заниматься, если с первого дня вот такое начинается.
Конечно, в случае резких движений со стороны Ваньки, блондинка никак не сможет защитить себя. Слишком утонченная, слишком интеллигентная. Я бы мог предположить, что у нее, как и у Эммы Самуиловны, дворянские корни. Очень сильно чувствуется порода.
— Непременно, сяду… Я сяду, а ты тоже сядешь. Мне на коленочки, — продолжал Подкидыш. Ему оставалось сделать несколько шагов.
Мы с Бернесом вскочили одновременно. Судя по всему, цель у нас обоих была одна и та же. Но я сделал это молча, а Марк еще долбанул кулаком по столу, выкрикнув всего лишь одно слово.
— Да ты чего? — Подкидыш обернулся на Бернеса. Меня он тоже заметил. Обратил внимание, что я стою. Но с моей стороны пока ничего не прозвучало, а Марк…
Он выглядел непривычно. Всегда спокойный, сейчас Бернес буквально кипел от злости. Его лицо покраснело, а глаза натурально метали молнии.
— Сядь, сказал, — повторил он, не отводя взгляд от Ваньки. — Извинись перед женщиной и сядь на место. Ведешь себя, как портовый грузчик. Мне стыдно за товарища…
— Эй! Скрипач! Смотри, какая краля! С хера мне садиться? Может, товарищ сержант государственной безопасности решил сделать нам приятное… Ой, прости… — Подкидыш снова посмотрел на блондинку, которая стояла все с той же прямой спиной, но выглядела немного бледной. — Приятно сделаешь ты. На хер мне какой-то Шипко.
— Если ты сейчас же не извинишься и не вернешься на свое место, я буду вынужден заставить тебя сделать это, — сообщил Ваньке Бернес.
Причем, вид у Марка был решительный. Я бы на месте Подкидыша все же задумался. Этот скрипач, как его часто называют, не бросает слова на ветер.
— Так… Граждане бывшие беспризорники… — вот тут я точно решил вмешаться.
Не хватало еще, чтоб пацаны между собой сцепились. Ну, блин, Шипко… Манипулятор херов. Мог бы предупредить заранее, чтоб не сложилось вот такой ситуации.
— Подкидыш! — я обошел стол, за которым мы как раз с Бернесом вдвоем сидели, а затем в несколько шагов оказался рядом с Ольгой Константиновной. — Свалил отсюда быстро на свое место. Ясно? Сказано же, это — учитель этикета. Чтоб вы, бестолочи, могли в случае необходимости, изобразить из себя культурных людей. Учитель! А не уличная шлюх…
Я осекся. Посмотрел на блондинку.
