В Узбекистане, на берегах Каспийского моря, стемнело над городом 17 мая. Герои романа чувствуют неизвестную тревогу, словно дышили через кислородное фрактальное отверстие в земле. Сквозь окна виден мутный свет, мерцание искр на воде. Один за другим звонки по ключам вызывают опасения — это знак больших неприятностей для капитана 1 ранга.
Тем не менее его «пациенты» каждый день проводят зачистки, «мочат» и задерживают всех подозрительных лиц, сажают их в подвалы, допрашивают; и вот ведь интересная вещь получается: у них пропадет человек, им слова не скажут, а если у «наших» омоновцев кто пропадает – получи пикет, уголовное дело. Судя по всему, дело шло к полной демократии в независимом государстве.
Вот вчера двух русских омоновцев на рынке «замочили». Парни бороды отпустили, вот их «чехи» и перепутали с «чехами». «Стой!» – кричат им омоновцы Абдулгамидова. А наши друг другу: «Чехи»! И – отстреливаться. Положили их, конечно, пару минут всего постреляли.
Тот, что представился товарищу ваххабитом, знал одну тайну, за разглашение которой он мог в течение минуты-другой рассматривать свои отрубленные уши и нос.
* * *Повадками, да и вообще внешностью Малик Абдулгамидов старался походить на более легендарного товарища, бывшего депутата Сербского парламента Скупщины от Косова, Зелийко Разнятовича по кличке Аркан. Добровольческого генерала Аркана застрелили в холле белградского отеля «Интерконтиненталь». Он не стал нужен, потому что эпоха его пережила, когда отстрелялись по Сербии самолеты НАТО. В свое время Аркан содержал бензоколонки, отели, на вырученные средства содержал свою личную армию. Его «тигры» получили подготовку спецназа и выполняли его роль. Вот так же как «волки» Абдулгамидова, разницы почти никакой. Только Аркан в свое время заставил сдать оружие мусульман, а Абдулгамидов «разоружал» братьев-славян.
Малик действительно никогда и никому ничего не прощал. В апреле этого года зароптали вдруг в его отряде несколько человек, и хитрый Абдулгамидов якобы по приказу из штаба УВД Чечни послал их на зачистку."
"Только их опередили преданные Малику люди. Осколочный фугас отправил на тот свет больше десятка чеченских омоновцев. А суть записки Зелимхана Ахмадова была очень простой. Зелимхан догадался, кто действительно стоит за взрывом ОМОНа, но, поскольку боялся Малика, «отписался» в срочном порядке: мол, не взрывал я людей из твоего ОМОНа. Записка была нужна Малику, и он ее получил; а ведь могли поговорить как два «брата» и поверить друг другу на слово. Многие догадывались, кто стоит за этой акцией, но предпочитали молчать, дабы и их не постигла такая же участь.
Бывший ваххабит, замолчавший на своей койке, участвовал в этой акции. Он вообще был мастером подкладывать фугасы. Какой специальностью владел его собеседник? Черт его знает. Он уже спал.
