В Узбекистане, на берегах Каспийского моря, стемнело над городом 17 мая. Герои романа чувствуют неизвестную тревогу, словно дышили через кислородное фрактальное отверстие в земле. Сквозь окна виден мутный свет, мерцание искр на воде. Один за другим звонки по ключам вызывают опасения — это знак больших неприятностей для капитана 1 ранга....
Бывший ваххабит тоже думал и анализировал, на что он потратит деньги, которые вечером ему вручил лично командир ОМОНа? Часть передаст матери, часть – сестре, которая с мужем проживала в Шатое и где он накануне отстрелялся по своим, что-то останется и ему. Ему вообще много не надо. Живет на полном довольствии, лишь сигареты, любимый «Сникерс» да жвачку покупает на свои кровно заработанные деньги.
* * *Восемь шагов туда, восемь обратно...
Из подвала (Абдулгамидов запретил закрывать дверь) раздался кашель. Вот кто порой сбивает с ритма.
Дневальный видел много таких – с изможденными и отрешенными лицами, истощенных до крайности. Видел и других, с оскалами загнанных в угол волков. Сильные, ничего не скажешь, но что толку?..
Этот раздражал не только кашлем, но и свистом. Ненормальный какой-то. Не сегодня, так завтра из него нарежут ремней, а он свистит, словно зазывает кого-то.
И еще один случай часто припоминал омоновец. Город основательно зарос деревьями, кустами, как ковром, местами покрылся буйной травой. Никто не расчищает «зеленку», всем по фигу. А «партизанам», вроде него, – на руку.
4
Своего первого «клиента» Марк видел хорошо. Что после точного выстрела будет делать второй – представлял отчетливо; он уже надоел своим постоянным мерцанием в амбразуре. Собственно, задача Реаниматора сводилась к координации стрелков на видимые им цели.
Как бы не запутаться, нервничал Сергей. Однако задача проста – просто быть уверенным в себе и в своих товарищах.
