В ординаторской центра медицины гулкий храп донимал ночной лаборантом. Там же нашлись только два чудом проснувшихся коллеги подозрительного майора. Ниночка, с металлическим подносом в руках, замерла от страха увидев его. Вечерний курьер не выдержал и был отправлен обратно, но уже с новой задачей — разбудить больных до рассвета....
— А что доставить? — спросил я. — Это только название.
— Уже кое-что. Наши люди в Америке уже будут знать, что искать. Что-то еще помнишь?
— Нет… — я покачал головой, хотя мог бы рассказать об этом типе ПЗРК еще несколько важных фактов. — Я не всматривался. Не до того было. Но я так полагаю, что американцы поставили это оружие духам тайно и не хотят, чтобы оно попало к нам в руки. Рискну предположить, что за то время пока мы торчали в учебном центре, а я валялся в госпитале, западные инструкторы обучили несколько групп душманов, обращаться с этим комплексом.
— Угу… — согласился Игнатьев. — Сейчас они наносят единичные удары, возникая в самых разных местах Афганистана, после чего пропадают. Именно поэтому и нет никакой информации, а местные крестьяне нам ничем не могут помочь, потому что все держится втайне. Нужно доложить в штаб. Пойдем со мной.
— А как мы объясним, откуда такие сведения?
— Как мне рассказал, так и им расскажешь. В условиях информационного голода, любая крошка хорошо.
Однако в штаб меня не пустили. Посчитали, что слишком жирно доверять стершему сержанту, который только несколько часов назад прилетел в Кундуз.
Когда майор вышел оттуда, он с силой долбанул кулаком в стену.
— Уроды! — выдохнул он. — Не верят. Говорят, что подобных предположений много, контрразведка в день отрабатывает до сотни фальшивой информации. Считают, что духи получили от Китая партию каких-то переделок из нашей «Стрелы» и именно ими бьют по вертолетам с возвышенностей.
— Что за бред⁈ — возмутился я. — Китайские ПЗРК? Это практически полный аналог наших комплексов, с небольшими доработками.
— Вот на них и грешат!
— Ну-ну, а вертушки-то падают… — недоверчиво хмыкнул я. — Черт возьми, ни хрена в этой армии не меняется!
— Ты о чем?"
"— Да… Так! — отмахнулся я, вспомнив, сколько подобной ерунды было в Сирии и Ливии.
— В общем, я сделал все, что мог. Совесть чиста, а там пусть они решают.
— Мы люди маленькие… — тихо добавил я.
