В ординаторской центра медицины гулкий храп донимал ночной лаборантом. Там же нашлись только два чудом проснувшихся коллеги подозрительного майора. Ниночка, с металлическим подносом в руках, замерла от страха увидев его. Вечерний курьер не выдержал и был отправлен обратно, но уже с новой задачей — разбудить больных до рассвета....
— Мы разработали операцию «Кремень», которая собьет с толку советскую разведку!
Вдруг снова зазвонил телефон. На этот раз обычный.
— Слушаю! — взяв трубку, жестко произнес американец.
Несколько секунд он слушал говорившего, хмурился.
— Хорошо! — наконец, произнес он. — Я скоро буду. Самим ничего не предпринимать, ждите!
Трубка легла на место.
— Я вынужден прервать совещание! — объявил он, глядя на полевых командиров. — Наш полевой сотрудник сообщил, что, с помощью ПЗРК был сбит советский самолет, который совершил аварийную посадку.
* * *Вопреки ожиданиям, подбитый в воздухе АН-24 не развалился.
Экипаж оказался толковым — они смогли посадить поврежденный самолет «мягко», поэтому полноценного крушения не произошло. Ракета попала в хвостовую часть, разворотив обшивку. Благо, повреждения не были фатальными. Правда, при посадке, была потеряно одно из стоек шасси и половина правого крыла — по крайней мере, чекист видел, как в иллюминаторе промелькнул крупный обломок.
Майор Кикоть, приняв вертикальное положение, сразу же посмотрел в иллюминатор. Вокруг все было в пыли, ни черта не разглядеть. И хотя посадка прошла удачно, радоваться было рано. Тот, кто пытался сбить самолет, наверняка видел, что ничего не вышло и борт сумел совершить аварийную посадку. Это была территория, которую не контролировала ни правительственная армия, ни советские войска.
Уцелели все шесть пассажиров. И если кабина цела, то и экипаж тоже.
Осмотревшись в слегка задымленном салоне, Виктор Викторович поднялся на ноги. Шатаясь и спотыкаясь о разный хлам, он двинулся к кабине.
Дверь распахнулась и оттуда показался кто-то из экипажа в летном комбинезоне.
— Все живы?
— Живы! — отозвался майор. — Насчет целы, не уверен. Где мы находимся?
— Да черт его знает. Примерно в двухстах километрах северо-восточнее от Герата.
— Кто нас атаковал? Духи?
— А кто же еще⁈ — возмущенно ответил член экипажа. — Били переносным каким-то зенитно-ракетным комплексом. А ты кто такой?
— Майор КГБ СССР, моя фамилия Кикоть.
— Ясно! — выражение лица у него изменилось, когда тот услышал про контору из трех букв. — Я капитан Петровский, командир самолета. Нужно решить, что делать дальше.
Из пассажиров было два капитана, подполковник, один старший лейтенант.
