Как только глаз начал различать цвет листвы, страшные ночные звуки прекратились. Девушки даже подремали немного, дрожа от холода и прижимаясь друг к другу. Когда воздух немного потеплел, решили спускаться. Лана обнаружила, что спускаться намного выше, сложнее и страшнее, чем лезть наверх. Если б не нить, рискнула бы спуститься на крыльях. Но двоих ей не поднять.
Чудица же в ветвях чувствовала себя как в воде. То есть, как дома. Спокойно и уверенно. Спускалась первой и подсказывала, куда ставить ногу, за что схватиться. Даже сумела спуститься на последнем этапе по участку ствола без веток, цепляясь за выступы коры. Лана вызвала крылья и преодолела эти три метра по воздуху.
— Теперь хорошо было бы чего-нибудь покушать. У тебя есть идеи?
Не услышав отклика, обернулась к русалке. Та, с абсолютно круглыми глазами, указывала рукой на край поляны. Лана резко обернулась.
На краю поляны, прислонившись спиной к дереву, сидел скелет. Рядом с его правой рукой стояла накрытая салфеткой корзинка.
— На его месте должна была быть я, — всхлипнула русалка. — Это вместо меня его съели…
Чувство противоречия оттеснило страх и потребовало слова.
— Ты что, не слышала, как вчера кости хрустели? После львов и тигров остаются разбросанные кости. А этого сначала аккуратно раздели. Потом аккуратно обглодали.
— Ты права. Извини, это я со страху, — выставив перед собой ладошки, Чудица медленно двинулась вперед. Подходить к скелету Лане совсем не хотелось, но проклятая нить… Пришлось идти. Не показывать же полурыбе свой страх.
А Чудица уже водила ладошками над скелетом, над корзинкой, снова над скелетом.
— Я смерти не чувствую. Совсем. Даже над корзинкой немного чувствую, а над ним — нет.
Лана сдернула с корзинки салфетку, переворошила лежащие там продукты, вытащила палку колбасы. Русалка провела над ней рукой.
— Да, ее я и почувствовала.
— В кого ты у нас такая чувствительная?
— В маму… Послушай, если он, — указала пальцем на скелет, — не мертвый, может, он живой?
Пятясь, девушки, не сговариваясь, отошли шагов на пять. Скелет не подавал никаких признаков жизни.
— Может, он спит? — выдала следующую идею Чудица.
— А зачем ему спать?
— Может, попробуем поговорить с ним?
— А ты слышала — «не будите спящую собаку»?
— Я есть хочу, а у него продукты в корзинке…
Лана посмотрела на все еще зажатую в кулаке палку колбасы и протянула ее Чудице. Оправила остатки одежды и, чувствуя себя клоуном на арене, начала:
— Многоуважаемый сэр! Не уделите ли вы нам минуту внимания?
Скелет просьбу проигнорировал. Лана подошла и тихонько потрясла его за плечо.
— Многоуважаемый сэр! Не…
Скелет мягко покосился и упал лицом вниз.
— Могу, конечно, ошибаться, но мне кажется, он завещал корзинку нам, — прикидываясь храброй, произнесла Лана.