Автор
В белом листке с печатными буквами Барбара вновь и вновь пыталась прочитать приписку — словно надеясь найти какую-то секретную информацию. Она ненавидела мелкий шрифт, но уж не могла пропустить эту важную деталь. В банке извещение об остатках счёта вызвало странное волнение и тревогу — Барбара стояла лицом к лицевой стороне банковской карты......
Ублюдок сделал это специально! Он провоцировал меня с начала ее появления, и он поплатится за все!
Я прошел мимо бегущей за мной Эванс, она даже не успела ничего понять, попыталась коснуться моей руки, но я отмахнулся от нее, как от чего-то мерзкого. Как делала она сотни тысяч раз.
– Постой, пожалуйста! – снова попросила она, но я не слушал, уверенно шел на кухню.
Теперь по холлу разносился лишь топот ее босых ног. И даже при таких обстоятельствах я думал о том, что ей стоило обуться, ведь в любой момент она может…
– Ай! – жалобно вскрикнула Эванс, после того, как послышался грохот.
Ведь в любой момент она может поскользнуться и упасть.
Я остановился, закрыл глаза и резким движением зачесал волосы назад, едва не выдергивая их вовсе.
Черт возьми!
Она всегда была… такой.
Я обернулся и уже через секунду оказался рядом. Она сидела на полу и смотрела на меня тем самым взглядом, который никогда не проходил для меня бесследно. Я отвел взгляд и подал ей руку. Барбара медлила, но затем неловко схватилась за нее, и я поднял ее на ноги.
– Джефри, все не так…
– Не так, как я думаю? Я не просто думаю, Барбара, я видел все своими гребаными глазами! – зарычал я, вырывая свою руку из ее ладони. Эванс полностью вымокла в бассейне, с волос сбегала вода, шелк облепил тело, словно вторая кожа, выделяя все женские изгибы и круглые твердые соски на полной груди. Узел на поясе ослаб, и края халата не были запахнуты достаточно.
Вот в каком виде она целовалась с моим братом.
Дьявол!"
"Ее ладони накрыли мое лицо.
– Мейсон разбит, он был в отчаянии, он сильно винит себя в смерти Дэниела, – пролепетала она. Ее лицо исказилось от жалости, сочувствия и вины.
– И ты решила засунуть свой язык в его глотку, чтобы утешить?
– Нет! Это он поцеловал меня, но я не хотела этого.
– Конечно, – фыркнул я, обхватывая ее хрупкие запястья и убирая их от своего лица. – Я все не так понял, да?
– Мейсона съедает чувство вины, он страдает, он сделал это, потому что внутри медленно умирает.
Я ухмыльнулся самой своей жестокой ухмылкой, наблюдая за тем, как ее лицо мрачнеет. Мейсону нужен кто-то, кто поддержит его. Я не хотел выглядеть самовлюбленным ублюдком, но что обо мне, мать вашу?
– Как скоро мой брат случайно трахнет тебя, потому что не сможет справиться с горем? – бросил я, совершенно забывая о том, что хотел быть мягче в этом вопросе.
