А после торгов делай, что хочешь. Если она выберет тебя — значит, так тому и быть. А если меня, тогда не обижайся, — он подошел к Мамикону и протянул ему руку.
— Идет, — кивнул Мамикон и пожал ему руку. — Ладно, засиделся я с тобой. Дела не ждут. Да и племянники мои, наверное, для снеговика уже весь снег в округе загребли. Наш дорогой гидрометцентр инфаркт получит. Они снег обещали. А армяне уже и снег из России вывезли. Не провожай. Дорогу найду, дверь захлопну.
Платон сел в кресло и улыбнулся. Вот ты и попался в ловушку. Черта с два ты получишь Надю. Ни до аукциона, ни после него. Не факт, что она согласится быть с ним, с Платоном. Но и с тобой, Мамик, она не будет точно.
Мы вернулись в Москву вечером. Уставший Сережа сразу пошел спать. Я насыпала в ванну большую горсть морской соли и долго лежала в горячей воде. Казалось, липкие взгляды Мамикона намертво приклеились к моей коже. И очень хотелось вытравить их морской солью. Спала плохо. Скверное предчувствие скребло по сердцу костистой лапой. И оно меня не обмануло.
Дима вернулся рано утром. Я как раз забылась тяжёлым сном. Он сел на кровать, разбудил меня и спокойно сказал:
— Надюха, нужно поговорить.
— Сейчас, только умоюсь, — мне нужно было выиграть время.
Интуиция шептала, что разговор будет ужасным. Я наскоро умылась, заварила себе растворимый кофе, сыпанула туда аж три ложки сахара, чтобы успокоиться и проснуться. Наспех сделала несколько глотков. На негнущихся ногах вернулась в спальню. Села на кровать.
— Надюш, послушай, — Дима погладил меня по волосам и положил руку на колено. — У нас с тобой в последнее время малость наладилось после всех тёрок, что были. Поэтому давай всё сделаем без кипеша. Хочу, чтобы всё было правильно. Понимаешь? — он замолчал, глубоко вздохнул, набирая воздух в легкие, и выпалил:
— Я от тебя ухожу к другой женщине. У меня там будет ребёнок.
Я опустила руку вниз и вцепилась в кровать так, чтобы он не видел. Держаться! Ты знала. Ты была готова. Без истерик!
— Я хочу этого ребёнка вырастить с нуля. Сама знаешь, почему.
Я не удержалась. Слезы хлынули из глаз.
— Не плачь, не нужно, Надюха, — Дима обнял меня одной рукой. — Серегу я заберу с собой.
— Что? Что ты сказал, Дима? — я повернулась и сбросила его руку с плеча. — Нет! Ты этого не сделаешь. Ты не можешь!
Я давно была готова к тому, что он уйдет. Но рассчитывала на то, что он захочет начать с нуля в новой семье. И Сережа останется со мной. Мы будем жить вдвоем в нашей квартире.
