В тени уединенного сада кипит страсть и натиск чувств. Любовь превращает его в безумца, решившегося на невероятное - выдать себя за замуж за невесту для собственной братнице. Вечерние тусклые лучи падают на его лицо, отливая сердцевинкой жалкого огонька надежды и обреченности....
– Если бы не обстоятельства, была бы рада столь приятному знакомству… Тем не менее я рада… Позвольте представиться: мадемуазель Вейриоль… Может называть запросто Жанна…
Она протянула ручку для поцелуя. Пушкин и бровью не повел.
– Погибшую барышню зовут Астра Федоровна Бабанова?
От него не ускользнуло, что хозяйка модного салона вздрогнула."
"– С чего вы взяли? – ответила она с улыбкой, в которой утопила неловкость. – Избави Бог! Это Тася… Таисия Юстова, моя клиентка… Барышня милая, образованная, но не слишком богатых родителей… Завтра у нее свадьба…
– Ее платье… – начал Пушкин, но его перебили.
– О да, не совсем по ней, но Тася так хотела дорогое свадебное платье в стиле принцессы со стоячим воротником… Прямо по картине из «Вестника моды» шили… Я предлагала уменьшить расходы, но она отказалась… Все-таки свадьба раз в жизни, для девушки такое событие… Вам, мужчинам, не понять…
Болтливость Вейриоль была на руку. Пушкин терпеливо выслушал.
– Расчет за платье сегодня?
– Ну конечно… Таков порядок… Оно совсем готово… И я вам скажу: в нем Тася выглядит чудесно, вы не находите?
– За платье должно быть заплачено сорок рублей?
Мадам не сдержала удивления.
– Впервые за пять лет, что держу модный салон, встречаю мужчину, который разбирается в цене платья. Обычно господа жалуются на дороговизну. Вы поразили меня.
Комплимент Пушкин отставал без внимания. Не надо угадывать, если знать, сколько денег было в сумочке Юстовой.
– Когда мадемуазель появилась у вас в салоне?
Вейриоль задумалась и даже взглянула на большие часы в футляре, качавшие маятник в углу.
– Вероятно, часа два тому…
– Юстова была одна?
– О да, приехала без матушки и дружки.
– Разве так принято? Кто-то должен оценить платье невесты…
– О, вы правы. – Вейриоль совсем не понравилась осведомленность господина из сыска. – Тася – самостоятельная барышня, желала все принять сама…
– С ней были ваши портнихи?
– Нет, – излишне быстро ответила мадам. – Тася экономила, где могла… Она сама надевала платье и смотрела в зеркало…
– Почему закрылась на ключ?
Пряча раздражение за улыбкой, Вейриоль только руками развела.
– Ну, это же девичья стыдливость… Так объяснимо…
– Разве у вас могут появиться мужчины?
– Конечно нет! – излишне резко ответила она. – Тасе хотелось в тишине, быть может, проститься с девичьей жизнью… Выйдя из моего салона, у нее больше не будет случая побыть одной… Я понимаю чувства барышни, не беспокоила ее…
– Куда выходит дальняя калитка сада? – спросил Пушкин.
