— Как хороша эта вагина.
Моё развратное действие вырывает из его горла стон.
Мы мгновенно смотрим на диван. Уилл всё ещё лежит на боку, лицо повернуто к нам, но глаза закрыты. Его грудь поднимается и опускается с равномерными интервалами.
— Чёрт возьми, Диксон, — ворчит Шейн. — Перестань так говорить. Я уже мокну.
Я чувствую, как между ног сжимается. — Дай мне попробовать.
Моя просьба заставляет его снова застонать, но на этот раз он сдерживает звук, вцепившись в нижнюю губу. Без слов он встаёт и ставит своё тело перед моим лицом. Держась спиной к дивану, он опускает переднюю часть своих спортивных штанов и выпускает свой член. Он поднимается, толстый и жаждущий. Как и ожидалось, на кончике блестят капли влаги.
Его дыхание становится прерывистым, когда он крепко держит своё возбуждение и медленно подводит его к моему ждушему рту. Я лизнула кончик, и он дрожит от меня, пока мой язык исследует его.
Шейн издает тихий, подавленный звук. Я оборачиваю свои губы вокруг него и позволяю ему войти на несколько дюймов в мой рот. Я никогда не могу взять его слишком глубоко из-за его огромного размера. Даже с половиной его длины я чувствую его в задней части горла.
Его пальцы пронизывают мои волосы, направляя мою голову вдоль его ствола. Я чувствую, как становлюсь ещё более влажной. Трудно не возбуждаться от звуков его нестабильного дыхания и вкуса его на моём языке.
— Хватит, — предупреждает он, когда я усиливаю сосание своих губ.
Я почти всхлипываю от разочарования, когда он убирает свой член. Но он искупает этот грех, вернувшись к облизыванию моих бедер и опускается на колени. Мои бедра поддаются его жадному, сосущему рту, принимая каждую каплю удовольствия, которую он может предложить.
Я раскинута на кухонном столе, полураздетая, лакомство для языка Шейна и глаз Уилла, если он проснётся. Но меня не волнует последнее. Пульсирующее удовольствие, которое Шейн создаёт в моём теле, — это всё, на чём я могу сосредоточиться.
Я чувствую, как оргазм пытается вырваться. Чёрные точки вспыхивают перед моими глазами, окружение грозит исчезнуть, но я моргаю и заставляю себя оставаться в настоящем. Я не хочу упустить ни секунды этого. Когда язык Шейна касается моего клитора, каждое нервное окончание в моём теле просыпается. Работает на полную катушку.
Я задыхаюсь, так близка к взрыву. Так близка...
Он вырывает свой рот, и я почти всхлипываю от разочарования.
— Пожалуйста, не останавливайся, — шепчу я умоляюще.
Но он уже встал на ноги. Он крепко держит свой член, его черты лица напряжены, полны жажды. — Извини, детка, я больше не могу это терпеть. Мне нужна ты.
Несмотря на пульсирующее возбуждение между ног, оргазм, который теперь ускользает от меня, я не могу его винить. Я никогда не видела его таким отчаянным.