— Гнев снова накапливается. — Это была его реакция на то, что ты толкнула его в плечо?
— Да.
Между нами наступает пауза.
— Почему, черт возьми, ты не пошла в полицию?
Она вздрагивает.
Я немедленно сдерживаю свой гнев.
— Прости. Нет, Диксон, прости. Это не твоя вина. Это его вина. Я… — Я слышу, как пульс стучит у меня в ушах. — Я не понимаю, почему ты не сообщила об этом. Почему ты соврала и сказала, что получила травму в лагере для чирлидеров? Черт возьми, ты говорила, что получила удар локтем в лицо.
— Потому что это стыдно!
Её голос дрожит. Так же дрожит и кусочек моего сердца. Я никогда не видел Диану такой разрушенной. Она сидит на переднем сиденье, полностью лишённая уверенности, которую я так полюбил, слёзы катятся по её щекам.
— Это не я, хорошо?
— Что это значит?
— Это значит, что я могу о себе позаботиться. — Её голос дёргается. — Ты слышал истории, которые мой отец рассказывал тебе. Я та, кто даёт отпор. Я не та, кто получает удары от мужчины, ясно? Я не сообщила об этом, потому что не могу быть такой женщиной.
— Малышка. — Я расстёгиваю свой ремень безопасности, затем наклоняюсь, чтобы расстегнуть её. — Подойди сюда.
— Нет. — Она пытается отвернуться от меня.
— Подойди сюда, — повторяю я, тянувшись к ней.
На этот раз она не сопротивляется. Она садится ко мне на колени и прячет лицо в моём шее. Мы сидим так на парковке у общежития, я крепко держу её, пока едва сдерживаемый гнев кипит в моей крови.
Диана выпрямляется, её лицо, залитое слезами, разрывает моё сердце.
— Я сильная, — бормочет она. — Я непобедимая, а какой-то мудак ударил меня на тротуаре. Я не могу идти в полицию.
— Можешь. И должна, — говорю я твёрдо.
Она кусает нижнюю губу, которая всё ещё дрожит.
— Тебе нужно это сделать, Диксон. Ты не можешь позволить ему уйти. И я думаю, что в глубине души ты хочешь это сделать.
Слёзы снова блестят в её глазах.
— Ты хочешь. Поэтому ты сохранила эту папку на своём телефоне. Ты задокументировала то, что он сделал, и сохранила это, потому что знала, что это может понадобиться. На самом деле, нет, ты знала, что это должно быть использовано.
Диана снова начинает плакать, дрожащая в моих объятиях.
— Я не могу идти в полицию. Мой папа узнает..."
"— Ты права. Он узнает. И когда он узнает, он, вероятно, будет так же злой, как я. Но он любит тебя. И он поймёт, так же как и я, что ты ничего не сделала плохого.
Её зубы скрипят о её губу.
— Я его спровоцировала.
— Ты не провоцировала его. Ты рассталась с ним и сказала, чтобы он оставил тебя в покое. Он последовал за тобой на работу и напал на тебя. Всё, что тебе нужно сказать полиции. Поверь мне, никто не будет обвинять тебя или думать, что ты что-то сделала, чтобы вызвать то, что произошло.
— Его адвокат, если мы пойдём в суд. О боже. — Паника в её глазах. — Я не пойду в суд, Шейн.