Он кивает, немного поджимая губы. — Нам нужно быть на льду в шесть тридцать. Разминка в семь. Сможешь быть там?
— Конечно. Победителей объявят в пять тридцать. И я проверил маршрут от гостиницы до арены. Я успею к шести тридцати с запасом времени.
— С запасом времени, ага?
— Да. — Я начинаю настораживаться. — Что?
Он наклоняет голову, задумчиво. — Вспоминаю разговор с внучкой. Морген. Она спросила меня, беру ли я своих парней на экскурсии.
— Нет, — говорю я с ужасом.
— И я сказал, почему я должен брать их на экскурсии? Они взрослые мужчины и хоккеисты. Им не нужно ходить в гребанный зоопарк. Ну, я не сказал гребанный, но думал об этом, — ворчит он. Его выражение лица приобретает оттенок, который мне совсем не нравится. — Но разговор с тобой, Линдли, открыл мне глаза. Заставил пересмотреть моё отношение к экскурсиям.
— Нет, — повторяю я, ужас вонзается в меня.
В редком случае, подобном полному солнечному затмению, тренер Дженсен улыбается мне.
Глава 43
Шейн
Уверенность в танце
— Это насыщенно.
Я оглядываю балльный зал отеля Silverwood и думаю, не слишком ли поздно мне сбежать. Огромная комната залита кристальным светом люстр, отбрасывающим тени на ряды белых стульев, расставленных квадратом вокруг возвышенной сцены в центре. Зеркала в золоте и замысловатые карнизы украшают стены, а танцпол, на котором мы будем танцевать вальс и ча-ча-ча, сверкает полированным деревом."
"Некоторые пары достаточно смелы, чтобы разминаться перед соперниками. Легкие звуки классической музыки плывут по залу, пока пара среднего возраста скользит по полу в вальсе. Их ноги едва касаются земли. Черт возьми, они невероятны. Но их счет совсем не правильный.
Или, возможно...
— Диксон. — Я хмурюсь и тыкаю ее в ребра. — Мы сделали ошибку.
— Что ты имеешь в виду?
— Наш вальс слишком быстрый! — обвиняю я. — Мы выставим себя на посмешище. Ты не посмотрела правильный счет для...
— Расслабься, — прерывает она со смехом. Она поглаживает моё плечо. — Они танцуют стандартный вальс. Мы танцуем венский. Наш должен быть быстрее.
Я расслабляюсь. Потом снова напрягаюсь, когда пытаюсь сделать вдох, и воздуха не хватает. Я тяну за слишком тугую бабочку. Зачем я это ношу? Почему я здесь?
Паника и сомнения начинают одолевать, пока я не замечаю лицо Дианы, пылающее от волнения, и тогда я вспоминаю, зачем я здесь. Потому что она потратила много усилий на это. И потому что я дал обещание.
— Не переживай. Мы справимся. — Диана отворачивается от танцпола и кладет руки мне на плечи, массируя их, как будто готовит меня к боксерскому поединку. — И если мы провалим все с треском, что ж? Я не подписывалась на это, думая, что мы выиграем. Это было самое веселое время в моей жизни.
— Я тоже, — признаюсь я. И я не вру.
Знакомая бело-русая голова привлекает мое внимание.