Танец со Тьмой доносился — шепотком, но все же услышала. Остановилась с удивлением, глядя на обычно бесстрастного преподавателя. Что не так? Сам же велел... Глиняный горшок даже не треснул, а мне уже прекратить воздействие? — Не двигайтесь, Нит… ваша… Арди… Вы же сейчас всё тут к гроршам… Да что "всё" то? Вон горшок целехонек, еще даже не начала....
Очень сомнительный предмет, даже слова созвучны. Сноходцев, кажется, не любят, но мне людская любовь и не нужна. А вот навести пару кошмаров на того же Аландеса… Заманчиво.
Кажется, раньше мне все это не нравилось, внушало отвращение. А вот сейчас, смотри ты, все средства хороши.
Обед мне принесли снова в покои. Больше гостей не было, хотя кто ко мне мог прийти? Император Нердес с извинениями за проданного брата? Астарх, выбравший мир и покой для своих земель и пожертвовавший малознакомой человечкой? А вот его светлости, полагаю, путь сюда на сегодня заказан.
Оделась. Волосы уложила сама. Украшений у меня немного, но каждое дороже всего этого золота. И эти точно не затмят серебро моих волос. Атакующий щит Огдена — неправильный, «детский», всего лишь простой черный камень в стальной оплетке, но его я сделала сама. Серебряная цепочка, которая держит его и обнимает мою шею — подарок его светлости. Ну, не подарок, конечно, просто приятный жест, но я буду считать ее подарком. И жемчужные серьги от Хельме.
Лекарь мне даже не понадобился, магические серебряные иглы я захватила с собой. Вряд ли их когда-нибудь использовали по такому назначению, но мне же закон не писан, как любит повторять старый артефактор. Если когда-то смогла ими шить, то и для другого сгодятся.
А главное свое украшение я повешу у левого бедра перед самым выходом.
Проколотые самостоятельно мочки горели огнем, но решимость во мне разгоралась еще сильнее. Единственное, чем я воспользовалась из принесенных Элмас даров, были крохотные плоские баночки — краски для лица, которыми в Самаконе не гнушались даже мужчины.
Незаметно пролетело время и вот наконец раздался стук в двери гостиной, хотя было всего без четверти шесть. Шахин, как и обещала Элмас, готов вести будущую невесту к семье и гостям, чтобы во всеуслышание изъявить свое желание жениться и принести обручальные клятвы.
В Империи помолвки почти не празднуются — достаточно объявить родным, а те уже новость сами разнесут.
