Танец со Тьмой доносился — шепотком, но все же услышала. Остановилась с удивлением, глядя на обычно бесстрастного преподавателя. Что не так? Сам же велел... Глиняный горшок даже не треснул, а мне уже прекратить воздействие? — Не двигайтесь, Нит… ваша… Арди… Вы же сейчас всё тут к гроршам… Да что "всё" то? Вон горшок целехонек, еще даже не начала....
«Э, чего удумала? Подьем!» — настырно прозвучал тот же голос, а Греттен во всей силы боднул в бок.
— Греттен, уймись, а… Дай поспать.
«А сейчас ты что, позволь спросить, делаешь?»
Я полежала еще мгновений, вспоминая, симптомом каких расстройств могут являться посторонние голоса в голове. Затем резко вскочила. Нет, я совершенно точно не сплю! Вот моя спальня, моя привычная кровать, пушистый халат на спинке кресла. Потрескивает еле слышно камин, которому даже дрова не нужны.
«Конечно, больно» — ворчливо прокомментировал мои метания голос внутри. — «А ты как думала. Это еще научиться надо, чтобы не больно»
— Да что ты такое? Кто со мной разговаривает? Если это ментальная магия, то зря…
Мэтр Серенде сам упомянул в прошлый раз, что по доброй воле больше не применит ее на мне. А у кого-то же хватило невеликого ума проникнуть в мой разум.
Отработанным жестом я потянула из воздуха свой скимитар и уставилась на пустую руку, похолодев.
«Успокойся уже. Магии здесь нет. Здесь все по-другому. Например, вот так»
Манс, не сводя с меня ярко-зеленых глаз, широко потянулся, прогнув спинку и выпустив когти, и стремительно стал увеличиваться в размерах. Он рос и рос, пока не занял половину кровати. Два еле проклюнувшихся шипа на лобике превратились в грозный костяной гребень, передние мощные лапы покрылись жесткими чешуйками, черные же шипы украсили кончик гибкого хвоста и задние лапы наподобие шпор.
— Греттен?.. — окончательно растерялась я. — Так это все же сон?
«Сама же просила»
— Так ты все же разумный? Ты разговариваешь?! Но почему ты не делал этого раньше?
Манс только фыркнул.
