Я очнулась на мягком травяном ковре под гигантским дубом. Пронзительно-синее небо расстилалось над головой, и я пыталась выяснить свое положение — почему здесь, среди цветущих лугов, а не в своей спальне. Светлое дневное светило сверкал на моей щеке, напоминая о странном сне, который превратил меня в незнакомку....
Похоже, «Право на счастье» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
Такая горячая малышка! Не представляешь, с каким нетерпением она ждет моего возвращения, подписания контракта и… остального, разумеется.
На протяжении всего выступления младшего Борга я отчаянно пыталась сдержаться. Стояла, разглядывала свои туфли, сжимала пальцы в кулаки, пряча их в складках платья, упрямо кусала губы и все ниже и ниже опускала голову."
"«Это не моя жизнь, не моя беда. Я сделала то, что от меня зависело, и даже больше, – уговаривала саму себя. – Надо отступить, уйти… Просто уйти, пока не поздно.
– Если тебе не жаль зря тратить время, пойдем, девушка охотно подтвердит, что добровольно согласилась стать моей наложницей, – небрежно закончил Даниас, который, кажется, уже чувствовал себя победителем.
И я не выдержала.
– О да, знали бы вы, как саэр делал предложение, – с ужасом услышала собственные слова, – отказаться было совершенно невозможно.
– О чем ты, женщина? – стегнул плетью властный голос. Я медлила, ругая себя за глупый порыв. – Отвечай!
Подняла ресницы. Теомер смотрел прямо на меня, и в его теперь уже темно-карих глазах бушевала настоящая песчаная буря. Впечатляющее зрелище – завораживающее и в то же время жуткое.
– О том, что видела, – начала осторожно. – Нара Хард не хотела становиться наложницей вашего брата… саэра Даниаса, – поправилась торопливо. – Он настаивал, она сопротивлялась. А потом саэр поцеловал Тиссу, и она сразу изменилась.
Сдавленный возглас мага, раздраженное шипение Даниаса и невнятное ругательство помрачневшего Теомера раздались практически одновременно.
– Нара, ты обвиняешь высокородного саэра в том, что он воспользовался даром, чтобы подчинить себе девушку? – Наследник говорил подчеркнуто спокойно, и именно это спокойствие особенно пугало.
– Нет, господин, я всего лишь описала, что произошло.
