Автор
Мне кажется трудно смотреть на этот домашний ужас — стены покрыты червивыми трещинами, а пол весь порван до основания. Я задерживаю дыхание, чтобы ни одна слезинка не вылилась из меня при виде этого гниющего места. Затем поднимаюсь на вершину своего преступления и с глубоким чувством долга вручу червивую трость моей злополучной хозяйке, чтобы она знала — я ей должна....
– Везучая ты, Ритка, – завистливо протягивает она, ставя передо мной кружку с черным чаем, – и почему ты, а не я? Я вон уже три года тружусь на благо компании, а ты без году неделя, а уже в дамках.
– Поверь, завидовать тут нечему, – смотрю ей в глаза.
Глупая, не понимает, что такой мезальянс не на пользу меньшей стороне. Богатые всегда будут помыкать, приказывать, считать нас грязью под их дорогущими ботинками.
– Ага, как же, – закатывает глаза, присаживаясь на свое место, – тебе легко говорить, я вот к этому всю жизнь стремлюсь, а в итоге что? Одни нищеброды да неудачники подкатывают.
– Коля – хороший парень, – хмурюсь, не понимая, почему она не обратит внимание на нашего юриста.
Недурен собой, отлично зарабатывает, дико увлечен ею.
– Но далеко не из мульёнеров, – с прикольным говором чмокает губами, отчего меня пробирает на смех, несмотря на мигрень."
"– Так Антон тоже не из таких, – пожимаю плечами.
Ведь это правда, сам он не работает, живет за счет состоятельного отца. А сам по себе он – шиш, ничего не стоит.
– Из каких не таких? – раздается вдруг сзади его голос.
Я подпрыгиваю от испуга и поворачиваюсь к двери. Он стоит, опершись о косяк, сложив руки на груди, и мрачно смотрит на меня.
– Доброе утро! – мурлыкает Наташа, отвлекая внимание на себя.
Грациозно встает, и без того короткая юбка задирается, показывая край черных чулок. Я вижу, каким взглядом скользит туда Антон, кадык его дергается, а мышцы на челюсти напрягаются. Выписывая бедрами восьмерки, коллега медленно подходит к нему, и отряхивает с груди пылинки.
– Мне кто-нибудь ответит на вопрос? – морщится он и как-то странно глядит на нее.
Словно предупреждает о чем-то. Не будь я в таком убитом состоянии, то обратила бы на это внимание и насторожилась. Не будь мне все равно.
– Обсуждали нашего бабника Николая, – фальшиво и как-то натужено смеется Наташа, – имеет в офисе все, что движется, а ты ведь не такой, верен Рите, она знает об этом. Не мужчина – мечта.
– Да, – улыбаюсь я, поддерживая легенду, придуманную девушкой на ходу.
Антон хмур и чем-то озабочен, так что проглатывает эту туфту за милу душу.
– Рита, – двигается в мою сторону и упирается кулаками о мой стол, – нужно кое-что обсудить.
И выразительно смотрит на подслушивающую Наташу. И как только дверь хлопает с той стороны, я слышу еще одну неприятную новость.
– Завтра приезжает моя бабка, – довольным он не выглядит, скорее расстроен этим фактом.
Каждая жила в моем теле напрягается.
