Автор
Мне кажется трудно смотреть на этот домашний ужас — стены покрыты червивыми трещинами, а пол весь порван до основания. Я задерживаю дыхание, чтобы ни одна слезинка не вылилась из меня при виде этого гниющего места. Затем поднимаюсь на вершину своего преступления и с глубоким чувством долга вручу червивую трость моей злополучной хозяйке, чтобы она знала — я ей должна....
– Уже знаешь моего работодателя? – язвлю и скрещиваю руки на груди, – быстро ты, хотя чего ожидать от такого…
Плохо, что он знает о родственных связях Антона и моего начальника. Дело плохо.
– Какого такого, девочка? – резко притягивает меня к себе, кладёт горячую ладонь мне на бедро и начинает медленно поднимать платье.
Ткань такая тонкая, что я ощущаю все изгибы его большой ладони.
– Человека специфической профессии, – цежу сквозь зубы, смягчив название его непотребной деятельности.
Хотя и сама не лучше.
– Хм, надо же, не думал, что ты, – выделяет последнее слово, с силой прижимая к себе, – так не любишь клубы. Помнится, неплохо отжигала в прошлый раз в Экстази. Неплохое кольцо, кстати."
"Мне не нравится поворот нашего разговора. Я поспешно прячу руку за спину, напрягаясь все сильнее.
– Не вижу смысла обсуждать это, – посматриваю на выход, как же хочется убежать и больше никогда не встречаться с этим типом, – тем более здесь.
– Ты права, – характерно морщится, проследив за моим взглядом, – завтра вечером обсудим наши встречи за ужином.
Отталкивается и отходит, сверкая своим голым задом. Накаченным, между прочим. Я отвожу взгляд, но глаза то и дело цепляются за его обнаженное тело. Дыши, Рита, дыши. Не искушай себя.
– Ты меня не понял, – беру, наконец, себя в руки, – никаких встреч, сегодня последняя.
Я замечаю, как напрягается его спина, пока он застегивает пуговицы на своей рубашке. Затем медленно поворачивается ко мне.
– Это ты меня не поняла, девочка, – наклоняет голову и улыбается, – ты придешь.
– Нет, – кидаюсь к кровати, не желая сверкать перед окном, и быстро надеваю трусики, уже не думая, наблюдает он за мной или нет. Я и так это чувствую. Как его глаза жадно шарят по моему телу и следят за каждым движением.
– Придешь, – слишком уверенно говорит он и идёт к двери.
Останавливается, оборачивается, ловя мой испуганный взгляд, и добавляет.
– Если не хочешь огласки своих, – замолкает, видимо, подбирая выражение, – увлечений. Не думаю, что женишок оценит. И тогда уедет твой поезд с сокровищами без тебя. А ты ведь не хочешь этого?
Вопрос не требует ответа. А я ощериваюсь, но молча проглатываю его слова. Дергаюсь, но не успеваю остановить его. Он быстрым чеканным шагом уходит. А я стою и смотрю на пустой проём, с обреченностью понимая, что сама себя загнала в ловушку.
