Автор
Мне кажется трудно смотреть на этот домашний ужас — стены покрыты червивыми трещинами, а пол весь порван до основания. Я задерживаю дыхание, чтобы ни одна слезинка не вылилась из меня при виде этого гниющего места. Затем поднимаюсь на вершину своего преступления и с глубоким чувством долга вручу червивую трость моей злополучной хозяйке, чтобы она знала — я ей должна....
А вот когда мы подходим, скидываю накидку, и в этот момент ощущаю мужские пальцы, скользнувшие к моей спине. Миг. Замирание. Напряжение его мышц.
– Что это такое? – шипит мне в ухо.
Я присаживаюсь на галантно отодвинутый стул и улыбаюсь.
– Это? – смотрю на него невинным взглядом, – платье, как ты и хотел. Разве не помнишь?
Намекаю на его слова, что он любит женственных девушек в платьях.
– Я имел ввиду другое, – скидывает пиджак и накидывает его на мои плечи.
Садится на свое место, оглядывается по сторонам.
– Мне жарко, – снимаю его пиджак и кладу на спинку своего стула, – я бы выпила, скажем, вина.
Мне кажется, что я слышу, как скрипят его зубы. Но сделать он сейчас ничего не может. Вру. Может. Но принимает мои правила игры.
– Кошечка хочет вызвать ревность своего тигра? – ухмыляется он, ослабляя галстук.
Я прячу свою улыбку за меню. Вечер проходит спокойно, но провокационно. Его жаркие взгляды пробуждают во мне возбуждение.
– Я в уборную, – говорю в конце вечера, подхватываю сумочку и иду в нужную мне сторону.
Походка от бедра, прямая спина, изогнутая талия. Чувствую на себе его взбешенный взгляд. А вот после туалета меня ожидает неприятный сюрприз.
– Быстро ты, – доносится мужской голос из темной части коридора.
– Антон? – шокированно отступаю, но натыкаюсь на дверь.
Бывший жених наступает, делая шаг в мою сторону. Выражение лица мрачное, гнев таится в его глазах.
– Не ожидала? – язвит, высокомерно и презрительно искривляя уголки губ, – даже не скучала по мне, невестушка?
Я сглатываю, часто дышу от того, как бешено бьется в страхе сердце.
– Твое ехидство неуместно, – практически шепчу, даже не верится, что эти слова так смело вылетают из моего рта.
– Твоя вероломная измена неуместна, – гневно раздувая ноздри, фыркает от презрения, – а уж моя реакция и подавно не твоего ума дело…хм…сестра.
Последняя фраза меня задевает. Я непроизвольно дергаюсь, лицо явно искажает от омерзения. И он это видит, вон как глаза сужаются.
– Мы не родственники, – выпаливаю, словно бравирую перед ним.
– И это здорово, – внезапно соглашается со мной.
Даже не кричит и не буянит.
